— Я всё же надеюсь, девичьи, — улыбнулся я в ответ.

— Ещё и так вежливо хамит, — нарочито нахмурила она брови.

— Это ты ещё не видела, как он кулаками машет, — многозначительно произнесла Василиса.

— Слышала уже.

— Нет. Это надо было видеть. Просто песня.

— Правда?

— Честно.

— Фёдор, две девушки приглашают тебя отобедать в «Пропеллере», — решительно заявила Мария.

— Встречное предложение, но в «Бочке».

— Скук-кат-та, — безапелляционно заявила она.

— Нормально, — возразил я.

— Тогда без нас. Мы не любим менять свои привычки. Правда, Вася?

— Всё нормально, Василиса Семёновна. Мне не на что обижаться или держать на вас обиду. Наоборот, спасибо за науку. Ну и до встречи в небе, — заверил я.

— Ва-ася? — многозначительно произнесла Мария.

— Не парься, Маша. Просто знай, что Федя в сложной ситуации не подведёт.

— В смысле вообще или только, если мы в одной лодке? — уточнила та.

— Пока только, если в одной лодке, — ответил я.

Попрощался и пошёл своей дорогой. Забот у меня хватало. День только начинается. Перелёт был несложным. Так отчего бы не попробовать решить парочку вопросов уже сегодня.

Перво-наперво, ещё не занеся вещи домой, заскочил в паспортный стол в надежде на удачу. И она мне улыбнулась. Нашёлся один очередник, который намертво встал у двери в кабинет, пропуская народ, стоявший за ним, и всё ещё надеявшийся на клиента. Хотя время уже и к полудню, а такие торопыги, как я, предпочитают приходить с утра.

Как и предполагал, сложностей с подтверждением относительно моей новой личности не возникло. В кабинете я задержался ровно настолько, сколько потребовалось для постановки штампа в паспорте и заполнения бланка. Последний надлежало передать в кадры гильдии вольных пилотов. Всё. Теперь я полноценный житель Пскова, и, как следствие, у меня появились дополнительные возможности.

— Здравствуйте, Фёдор Максимович, — едва сдерживая рвущуюся из неё радость, поздоровалась квартирная хозяйка, когда я ступил во двор.

— Здравствуйте, Таисия Андреевна, — поздоровался я в ответ и прошёл по дорожке прямиком в снимаемый мною флигель.

Едва переступил порог, как тут же понял, что моё жилище не оставалось без присмотра. Заботливую женскую руку распознать просто. Вот и тут она видна сразу же. Не удержалась хозяйка, нарушила-таки договорённость и полезла наводить порядок в моем жилище. Я невольно глянул в сторону тайника и тут же успокоился. Всё указывало на то, что он был нетронут. Но, чёрт возьми, это ни в какие ворота! Хотел же отдельный дом, а тут вдруг повёлся на прелести Тасеньки.

— Федя, милый, я уж и не знала, что думать, — влетев вихрем, произнесла Лукьянова и повисла у меня на шее.