— Если позволите, на «вы», — мягко, но в то же время непреклонно попросила она.

— Прошу прощения, Анастасия Ильинична. Так где вы остановились?

— В гостинице «Ильменьская».

— Не чересчур простому вольнику проживать в гостинице? — вздёрнул я бровь.

— Не успела присмотреть комнату.

— Понятно. Не нужно ничего присматривать. Я домик снимаю. Сам с семейством Гаврилы в доме обосновался, флигель стоит пустой. Если устраивает, перебирайтесь.

— А если я не подойду как штурман?

— Тогда съедете, — пожал я плечами.

Я ничуть не опасался привести к себе в дом шпиона. Слишком оно как-то заковыристо получится даже для детектива. А вот сразу показать новому члену команды расположение и доверие это уже совсем другое дело.

— Хм. Гаврила, а ведь ты не о себе заботился, а обо мне, — наконец сообразил я.

— Чего это? — не согласился он.

— Ну как же. Мне уже и прозвище Лютый прилепили, а я, как шавка, боюсь показать нос в «Пропеллере». А тут вон как люто выступил.

— Делать мне нечего, как о тебе заботиться, Фёдор Максимович. О себе я думал, уж не сомневайся.

— Это как это?

— А так. Ну, вот к кому пошёл служить Гаврила Лужин? К мальчишке, который разок со страху и когда от него никто не ждал, врезал паре-тройке вольников, да угрожая оружием, подался прочь. И с тех пор и не кажет носу. Получается, трусливому парубку служу. А сейчас всем видно, что мой командир Лютый и есть. Такому и служить не зазорно.

М-да. Ну-у, в общем и целом своя логика есть. И даже моё видение также ложится в эту концепцию…

Вот-т оно как! Вот уж неожиданность, так неожиданность. Не похититель тела княжича, а сам княжич! Но как такое возможно?! Он ведь лично видел труп, и сам грузил его в грузовик. Не было в нём жизни. Уж на трупы-то Антонов насмотрелся вдосталь. М-да. Но в этот раз он, похоже, ошибся.

А может, этот только похож на княжича. Случается такое. Потому что прав Кузьма. Фигурой и статью, а теперь Данила видит, что и ликом, это Григорий Фёдорович. Но перед ним сейчас другой человек. Походка, жесты, осанка, голос, манера разговора — всё другое. А Демидова-младшего Антонов знал хорошо.

Оно конечно, княжич на вольных хлебах уже два месяца. Но за такой короткий срок нельзя столь серьёзно измениться. Ну вот не верилось в это. Так что причин для сомнений более чем достаточно. Впрочем, его дело доложить, а там уж пусть Ковалёв решает, как быть. В любом случае Даниле в одиночку с ним не управиться. Если бы просто убить, тогда было бы просто. Но у него приказ найти, захватить и вызнать, где тело княжича. Вот хоть тресни, а не верится, что вот это Григорий Фёдорович. Может, всё же согрешил покойный Фёдор Иванович?