— Зачем ты так, Фёдор Максимович, — обиделся ошарашенный Гаврила.

— Не каждому дано выдержать удар золотым тельцом, дружище. Ладно, времени в обрез. Пошли к нотариусу.

Оформление бумаг заняло совсем немного времени. После чего мы вернулись домой, и я приступил к последним сборам. Оно вроде как ничего особенного, но нужно же прихватить смену верхней одежды и белья.

— Разрешите, Фёдор Максимович, — постучалась в дверь мой новоявленный штурман.

— Да, Анастасия Ильинична. Извините, должен спешно уехать.

— Я именно об этом и хотела спросить. Мы вроде как собирались отправляться в рейс, а тут Гаврила Степанович говорит, что вы убываете по делам на неопределённый срок.

— Так и есть. Дела. Но про вас я, признаться, позабыл. Как у вас со средствами? Если есть необходимость, то я готов выплатить вам аванс. Скажем, сто рублей?

— В средствах я не стеснена. Просто думала, что буду летать, а тут, оказывается, опять сидеть на земле.

— Если вам так уж невтерпёж, то я скажу Гавриле, он поможет вам найти нормальный экипаж. Жалеть ни вам, ни мне не о чем, так как в совместном полёте мы так и не были, я даже зачёты у вас не принял. Так что вообще без претензий. А потому решайте сами, остаётесь или уходите.

— Я подумаю, — с самым серьёзным видом ответила она.

Не желает быть обязанной и привязываться к работодателю. Аванс же подразумевает некие обязательства, что девушку не устраивает. И я её прекрасно понимаю, сам не стал бы одалживаться без крайней нужды.

С другой стороны, и у меня никаких причин держаться за неё. Оно конечно, может показаться, что молодой да ретивый повёлся на девичьи прелести. Но на деле это не так. Как уже говорил, я не воспринимаю таких детей, как объект желания, и целенаправленно добиваться не стану.

Просто мне реально проще иметь дело с молодым и неопытным штурманом, а не со спецом, взирающим на мальчишку с высоты своего многолетнего опыта. Ты сначала ему докажи, что чего-то стоишь, а уж потом он подумает, можно ли всерьёз воспринимать твои команды, как и тебя вообще.

— Интересуетесь политикой? — не удержался я от вопроса, приметив у неё в руке газету.

Та была сложена так, что видна лишь часть заголовка на второй странице. Но этого оказалось вполне достаточно, чтобы я вспомнил, о чём кричали мальчишки-разносчики газет, как видел и саму статью в руках одного господина, читавшего её за чашкой кофе на летней площадке.

Речь там шла о некоем князе Туровском, который решил выйти из юрисдикции Оренбургского великого княжества и стать удельным князем. Однако великому князю Орехову явно не понравились сепаратистские настроения своего подданного, и он решил поставить его на место. Если верить газетам, то четыре из семи островов Кувандыкского княжества уже под контролем великокняжеской дружины.