— Вот ответь мне, Герман, насколько переход понизил твой интеллектуальный уровень? Вполовину поди, не меньше. И это учитывая тот незавидный умишко, который был у тебя до переселения в этот мир. Ты намеренно выбираешь самый сложный путь, или просто не в состоянии увидеть очевидное?

Я усмехнулся, натягивая рубашку. Ворон сегодня был очень словоохотлив.

— Мы в этом мире всего ничего, — продолжил фамильяр. — Вот я и выбрался, чтобы узнать, что здесь интересного. И чем он отличается от твоего родного. Мы сидим в поместье, полном долгов, возможно, уже под присмотром Синода. Пора состряпать какой-нибудь план по выживанию. Иначе удачи не видать.

— И что узнал? — я пропустил мимо ушей его причитания. — У тебя есть конкретные предложения?

— Почуял кладбищенского духа, стража некрополя под старым собором почти в центре города. Стережёт фамильные склепы одной из местных знатных семей. Там наверняка есть вещи, которые не учтены в реестрах Синода. Золото, артефакты! Ритуал изгнания ты знаешь. Риск, конечно, велик, но и награда сможет порадовать.

— Еще я могилы не грабил, — оборвал я его, заглядывая в почти пустой шкаф. — Свяжись с такими и проблем не оберешься. А кладбищенские сокровища обычно оказывается проклятым на три поколения вперёд. Нет уж, спасибо.

Я перевел взгляд на шкаф. Одежды на вешалках было мало. На дальней вешалке висел одинокий пиджак из темно-серого сукна. Ткань была плотной, добротной, чуть потёртой на сгибах. На левом нагрудном кармане я увидел вышитый серебряной нитью, уже потускневший, герб: щит, перекрещенные клинки, стилизованное солнце. Остаточная память Егора услужливо подсказала мне, что это был нак семьи Вельяновых.

Я снял пиджак с вешалки, примерил. Довольно отметил, что сидел тот как влитой. Подошёл к зеркалу. Довольно подмигнул отражению:

— Что ещё видел? — я обернулся к ворону. — Наверняка же рассказал не всё.

— Ладно, про окраину географии мне показалось, — начал фамильяр после небольшой паузы. — Дома здесь в целом добротные и почти у каждого чуть ли не частная дружина для охраны поместий.

Я только пожал плечами:

— А что ты хотел? Пригород столицы, здесь живут одни аристократы. И далеко не все семьи обедневшие, как вот эта моя новая.

— Не повезло, тут ты прав. — явно соглашаясь, мотнула головой птица и взглянула на меня. — Но надо признать, что ты заслужил. Как-то нужно выкарабкиваться, что-то с этим делать.

Я кивнул:

— Надо. И я уже почти придумал, что именно делать.

— Это хорошо, — одобрил Смутень. — Если только это не идея вступить в местный Орден.

— Боюсь, что любой Синодник легко заметит во мне расщепление души, — вздохнул я. — А значит, меня могут приравнять к демонам. Так что твоя шутка не очень удачна.