Переходя от левого к правому, я посасываю, покусываю и трусь бородой о её грудь, царапая чувствительную кожу, пока она не начинает извиваться подо мной. Я стягиваю с неё шорты, и она пинком отправляет их в сторону. Они падают у её лодыжек, оставляя её в одном крошечном лоскутке атласа.

Я провожу носом по передней части киски, вдыхая её запах.

Боже, я обожаю это. Я хочу зарыться лицом в её киску и ласкать её до тех пор, пока не придется выныривать, чтобы глотнуть воздуха. Вопреки расхожему мнению, мужчины обожают запах своих девчонок, и я планирую уделить этому кучу внимания, чтобы доказать правоту этой теории.

— Рид, — умоляет Холланд, вцепляясь в длинные пряди моих волос, пока я целую её жадный клитор через трусики.

— Хочешь больше, детка? — Я провожу языком по её ложбинке, всё еще поверх ткани. Она разочарованно стонет, и я смеюсь. — М-м-м, какая ты жадная девочка, Холланд.

Я наматываю атлас на руку и тяну, одним резким движением разрывая завязки. Блять, она такая мокрая. Я отбрасываю её трусики в сторону и одним долгим движением слизываю её сок, покрывая язык её влагой.

Большим пальцем я очерчиваю её клитор нежными, дразнящими кругами, сводя её с ума. Я хочу её именно такой — мокрой, изнывающей, умоляющей меня войти в неё, чтобы унять эту кошачью истому.

— Рид, пожалуйста. — Теперь она умоляет. Её голос звучит отчаянно и на пределе, и мне это безумно нравится.

— Хочешь, чтобы я сделал тебе приятно? Чтобы эта изнуряющая пустота внутри исчезла?

Она неистово кивает, прогибаясь в постели, когда я ввожу в неё средний палец. Я ласкаю это место, одновременно вбирая её клитор в рот, и наблюдаю, как она начинает сжиматься вокруг моего пальца. Я никогда не устану видеть, как она теряет контроль и сдается удовольствию, которое я ей дарю.

Ничего подобного нет во всем чертовом мире.

Я отстраняюсь и смотрю на неё, наши глаза встречаются в интенсивном, обжигающем взгляде. Она притягивает меня обратно к своему телу и дергает за футболку, отчаянно пытаясь снять её с меня. Я завожу руки за голову и стаскиваю футболку, не отрывая взгляда от её голодных глаз, которые сканируют мою грудь, пресс и спускаются ниже, туда, где мой член уже натягивает серые спортивные штаны.

— Из-за тебя женщины и любят серые спортивки, — стонет она.

Её крошечная ладошка тянется к моему члену и сжимает его через ткань, и я поражен её смелостью. Возможно, она просто поддалась моменту, но, блять, я обожаю эту её сторону. Она толкает меня обратно на кровать, цепляет розовыми ноготками резинку моих штанов и стягивает боксеры вместе со спортивками. Когда мой член освобождается, она обхватывает меня обеими руками, проводя вверх-вниз раз, затем другой, и смахивает большим пальцем каплю смазки, проступившую на головке, заставляя меня громко застонать.