Все пять минут, пока Юрик устраивал мне экскурс в историю, я просто стоял рядом. Молча.

Смотрел на него и думал: это что же такое должно в жизни приключиться, чтоб человека настолько вдохновляли лагеря. Не пионерские, само собой. Вполне себе обычные лагеря, с урками и всякой подобной хренью.

— Да что с тобой говорить! — Кривонещенко, не дождавшись от меня какой-то реакции, махнул рукой, развернулся и двинулся в сторону вокзала.

— Действительно… — я проводил его взглядом, потом сунул руку в карман и вытащил пачку сигарет.

Мне срочно надо было перекурить. Эх… Столько лет без курева. Ну, ничего. Тело всё равно не моё, не жалко. Хотя, с другой стороны, я теперь уж и не знаю, а будет ли другое.

Вытащил сигарету, спички, чиркнул по коробку, прикурил и глубоко затянулся.

— Что мы имеем? — спросил я сам себя уже по привычке. Такими темпами скоро только с собой и буду беседовать.

В принципе, ответ очевиден. Хрень полную имеем, вот что. Мало того, нахожусь в теле какого-то дурацкого Замирякина… Сука, какая же всё-таки фамилия идиотская… Так ещё по своей же инициативе впёрся в группу Дятлова. Того самого. Полный аут.

— Нет… Надо валить, — снова высказался я вслух между затяжками.

Собственно говоря, именно об этом и размышлял всю дорогу, пока мы тряслись на электричке в сторону долбанного Ивделя.

Дождусь утра и на первом же поезде чу́хну отсюда обратно в Серов. До Свердловска вряд ли есть прямой маршрут. Надеюсь, ближайшего утра, а не через несколько дней… Всё-таки, очевидно, Ивдель далеко не узловая станция и не центр железнодорожных сообщений. Потом в Свердловск. В конце концов, где-то там остался мой родной дядя. Конечно, правду ему не скажешь. Мол, добрый вечер, буду краток. Я — сын твоего родного брата. После такого заявления на крепкие родственные объятия можно точно не рассчитывать, а вот на психушку — сто процентов. Однако, если подружиться с ним, к примеру… Не знаю пока, что мне это даст, но рядом с близким человеком оно как-то надёжнее.

Насчёт родного отца, кстати, пока ещё не решил. Он уже умотал в Москву вместе с семьёй, то есть с мамой. Я как раз в мае должен родиться. Настоящий я имею в виду. Просто, если верить фантастическим фильмам, в случае внезапной встречи в прошлом с самим собой, обязательно случится катастрофа. Что-то там нарушается во вселенной. Но ведь я — не совсем я. Вернее, даже совсем не я. Глядишь, ничего и не произойдёт. Впрочем, об этом думать пока рано.

В данную минуту нужно определиться, как выбраться из Ивделя. Это во-первых. А во-вторых, подумать за папашу Замирякина. Секретаря горкома со счетов скидывать нельзя. Если сыночек не вернётся домой из Серова, этот секретарь горкома сильно расстроится. Даром что сын раздолбай, родная кровь — не водица. Так что идея насчёт перемирия с папой, о которой я уже думал — лучший вариант.