— Конечно, — буркнул я, а потом вообще отвернулся к окну.

Ещё этого не хватало, любовных студенческих игрищ с ревностью и мордобоем. Хотя Дорошенко я бы втащил с удовольствием. Достал он меня. Сильно достал. Только не время и не место. У меня тут и без их шекспировских страстей полная задница вырисовывается. Что называется, помог я дядюшке, расстарался от души. Кто бы теперь моим спасением занялся… Если бы слушал его рассказы внимательно, знал бы, что в горы с Дятловым он отправился, но на первой же станции вернулся домой по специальному распоряжению.

Когда на вокзале стало известно, что дядька благополучно уехал в Свердловск, я, конечно, попытался дать заднюю.

— Ох, ты, чёрт… Не получится у меня с вами в поход. Я ж без снаряги. Так, барахло на каждый день, и больше ничего, — Наигранно расстроился я, собираясь по-быстрому свалить подальше от студентов.

— Да ничего страшного! — Игорь подхватил меня под локоток.

Причём так подхватил, что хрен дёрнешься. Если только драться опять. Потому что пацан вцепился в рукав куртки намертво, и отпускать меня не собирался.

— Вон, как раз вещи Биенко остались. Да, ребят? Думаю, Вячеслав был бы не против. Ты ведь на хорошее дело их возьмёшь. А потом вернёмся, сразу отдашь. — Решительно заявил Дятлов, отметая дальнейшие разговоры на эту тему.

— Мне кажется, Вячеслав будет сильно против, — я аккуратно попытался освободиться от захвата Игоря. — Мне бы, например, не понравилось, что кто-то без спроса пользуется моими вещами. Снаряжение, оно же дорогое! Чего доброго, в воровстве потом обвинят.

— Да как ты можешь⁈ — из толпы студентов вынырнула Людочка-Симпатяга. — Слава никогда бы такого не подумал! И вообще, цель оправдывает средства. А для нашего дела… разве могут быть какие-то вещи важнее? Деньги — это так по-мещански!

— Ага… — буркнул Кривонищенко.

Он стоял рядом со мной, упаковывал гитару в чехол с помощью другого туриста.

— То-то ты нам мещанских денег на пирожки зажала…

— Георгий! Это совсем другое! — возмутилась Люда.

— Я же просил! Не Георгий, а Юра! — Повысил голос Кривонищенко.

— А я просила тебя не изображать побирушек! Не позориться. И что? Ты меня послушал? Отличная слава о студентах Политеха на всю область! — Симпатяга вызывающе вздёрнула подбородок и скрестила руки на груди.

— Как же вы надоели своими склоками… — ласково сообщил товарищам Дятлов, но тут же отвлёкся от этой парочки и переключился на меня. — В общем, так, Константин. Идёшь с нами. Мы без двоих парней остались, а с нами девочки. Ты комсомолец, разрядник. Ты нам нужен. Мужские руки нужны. И мужская голова.