Разум мутился. Облегчения не было. «Все становится только хуже, – писал современник об этом трансатлантическом переходе, – качка на судне все сильнее, а еда», – и без того непривычная для путешественников, – «с каждым днем все скуднее и отвратительнее». Море всегда играло центральную роль в жизни и культуре таино, однако никто не способен постичь безбрежность океана, не испытав ее на себе. К тому времени, когда индейцы увидели землю, зловонная сырость переполненного трюма уступила место непривычному для них пронизывающему холоду. Они и впрямь оказались далеко от дома.

С немалой тревогой таино сошли на незнакомый берег. И все же им повезло по сравнению с несколькими путешественниками, которые серьезно заболели и не смогли выбраться из гроба-корабля. Таино, ступившие на сушу, знали, что они – первые представители своего народа, оказавшиеся на земле нового мира под названием Испания, и, более того, первые люди из Западного полушария, пересекшие безграничное море. Здесь они были чужаками. Они не говорили по-испански, но им удавалось общаться знаками и жестами – универсальным человеческим языком. Их единственным проводником был касик (вождь) чужеземного флота, появившегося у их островов год назад, – мужчина, называвший себя Колумбом. За ним уже закрепилась репутация безжалостного и вероломного человека. Его жажда золота и стремление захватывать мужчин, женщин и детей, чтобы использовать их в качестве переводчиков и посредников, показывали, что доверять ему было нельзя. Но здесь, в этом новом мире, у индейцев не было иного выбора, кроме как следовать за ним.

Часть путешественников попала в Испанию против своей воли. Колумб захватил пятерых мужчин из племени лукаянов на Багамских островах, где в октябре 1492 года его корабли впервые бросили якорь. Эти туземцы отважились выйти в море на каноэ, чтобы рассмотреть странные суда пришельцев, и попали в плен. Из расположенного неподалеку дома европейцы увели еще одну группу местных жителей, состоявшую в основном из женщин и детей. Из еще двадцати таино, захваченных на Кубе, насильно сделали переводчиков. У них отняли возможность решать – остаться или уехать, и то же произойдет со многими другими индейцами в последующие годы. Из тех, кто начал это путешествие, не все сумели выжить и добраться до новых земель.

Группа туземцев из Мариена, вождества на крупном острове, который испанцы назвали Эспаньолой, отличалась от пленников с Багам или Кубы. В нее входили два родственника касика общины, могущественного Гуаканагари́. По словам Колумба, родственники касика были «важными индейцами». Они отправились в качестве послов Гуаканагари к королю и королеве Испании, покровителям Колумба. Гуаканагари был неглуп. Его потрясло внезапное появление в его общине странных людей из-за моря, однако касик быстро увязал их существование со своим пониманием роли и места своего народа в Карибском бассейне. Он осознал, что присутствие чужаков все изменит и что племенам таино нужна дополнительная информация, чтобы понимать, с кем они имеют дело.