Для Роя Чепмена Эндрюса, который вырос в Висконсине на книгах великих исследователей XIX века – Янгхазбенда и Свена Гедина, Генри Мортона Стэнли и Фритьофа Нансена, – «вопрос выбора не стоял никогда. Я не смог бы заниматься ничем другим и быть счастливым… желание видеть новые места, узнавать новое – любознательность всегда была моей беспокойной движущей силой». Он чувствовал, что рожден быть исследователем: «За каждым углом всегда ждало приключение – а мир по-прежнему полон углов».

Подобная любознательность, безусловно, была присуща и Расулу, и многим другим местным исследователям, включая и тех, кто рисковал жизнью, чтобы нанести на карту Гималаи. Британцы нанимали индийских пандитов[47] для выполнения самых сложных и опасных картографических миссий в приграничных районах между Россией, Китаем и Британской Индией. Они рассудили, что местный житель, замаскированный под торговца или паломника – с геодезическим оборудованием, спрятанным среди товаров, и картами, укрытыми в молитвенных барабанах, – имеет больше шансов незаметно выполнить работу, нежели европеец. Пандитов обучали топографической съемке местности и шпионским приемам и отправляли в экспедиции, которые иногда длились годами, а нередко стоили им жизни. Плата за такие риски была слишком мала, чтобы привлечь искателей наживы или отчаявшихся. Теми, кто решил стать пандитом, двигали не деньги, а нечто иное.

Кишен Сингх, принадлежавший к целому семейству[48] пандитов из Уттаракханда, был удостоен золотых часов с гравировкой от Королевского географического общества в Лондоне. Его двоюродного брата Найна Сингха в 1877 году наградили Золотой медалью Королевского географического общества «за выдающееся путешествие и съемки Тибета и верховьев Брахмапутры». По словам шотландского востоковеда Генри Юля, который принял медаль от имени Сингха, «его наблюдения добавили на карту Азии больше важных сведений, чем наблюдения любого другого ныне живущего человека». Оказывается, признание в качестве исследователя оправдывало все трудности. В романе «Ким» Редьярд Киплинг описывает подготовку пандита, прототипом которого послужили такие люди, как братья Сингх. Один из персонажей говорит: «Вы знаете, чего Хари-бабу действительно хочется? Ему хочется, чтобы его за этнологические исследования выбрали в члены Королевского общества»[49] . Другой отмечает: «Любопытно, что Хари стремится стать Ч.К.О. И вполне естественно». То, что удивило зашоренного персонажа Киплинга, не должно удивлять нас: стремление к исследованиям присуще всем.