Многие западные путешественники не могли поверить, что бедняки вроде Расула соглашались на изнурительную работу и постоянные опасности, ожидающие их во время западных экспедиций через горы и пустыни Азии, не ради денег, а по иным причинам, и тем не менее это было так. «Секрет в том, что эти люди… любят приключения не меньше, чем их наниматели», – утверждал Янгхазбенд.

Любопытство Расула Галвана было щедро вознаграждено. Во время путешествия в Яркенд он познакомился с новыми людьми и местами, о которых раньше мог лишь мечтать. В деревне Панамик до отряда дошли слухи о русском натуралисте, собирающем в этом районе бабочек. На фоне непрекращающегося соперничества Британии и России за контроль над Центральной Азией Янгхазбенду и Макартни в каждом русском мерещился потенциальный шпион, пытающийся склонить местных жителей на свою сторону, чтобы проложить путь для будущего вторжения в Британскую Индию. Что касается Расула, то напряженность Большой игры лишь усиливала его интерес к русским. «Я страстно желал взглянуть на него, – писал позже Расул о первой встрече с русским, – и узнать, кто такой русский. Я никогда не видел русских». Однако увиденный им в одном из садов деревни иноземец оказался просто «белым бедным человеком», не походившим на зловещего шпиона из британских фантазий. Гораздо большее впечатление на подростка произвела встреча с Шукаром Али – единственным проводником из Ладакха, который отважился пройти с Янгхазбендом через опасный перевал Мустаг в 1887 году. В Панамике он также познакомился с китайским переводчиком, афганским проводником и мальчиком-слугой из гуркхов, ставшим его «очень хорошим другом».

Между Панамиком и Яркендом караванный путь пролегал через коварный Каракорумский перевал высотой 18 000 футов[50] в самом сердце хребта Каракорум. Как самому младшему в караване, Расулу поручили присматривать за измученным пони, и он быстро отстал от остальных. Несмотря на то что равнина Депсанг простиралась на 31 милю, было важно пересечь ее и пройти через перевал за один день. Отставших никто не ждал. Расулу пришлось пешком подниматься по крутому склону к перевалу в полном одиночестве. Он разрыдался от отчаяния, когда понял, что пони не может идти дальше, но ему ничего не оставалось – нужно было продолжать восхождение.

Раскинувшаяся на высоте более 17 000 футов[51] равнина Депсанг поначалу ужасала своими размерами. «Голая, как посыпанная щебнем дорожка к загородной вилле», – записал Янгхазбенд в своем отчете о путешествии. «Позади нас над горизонтом вздымались снежные пики Сасира и Нубры, словно паруса гигантских кораблей; но впереди не было ничего, кроме каменистых равнин и высоких холмов, чудовищно пустынных и нагоняющих тоску. По равнинам проносились ослепляющие снежные заряды, а по ночам температура опускалась до нескольких градусов мороза, несмотря на то что была середина лета». Совершенно чуждый пейзаж – все равно что выход на поверхность Луны. «Сначала я испугался, – признавался Расул, – потому что никогда раньше не видел такой местности». Затем он обнаружил следы, оставленные лошадьми экспедиции. Теперь он знал, куда идти. По мере того как подросток спускался с перевала, его страх постепенно рассеивался, уступая место благодарности и изумлению.