Мне даже показалось, что ноздри снова на миг пощекатал запах пепла. Хотя к Структуре я сейчас и не обращался.

— Ольга Аркадьевна, — глядя на баронессу, я неспешно качнул в руке бокал вина. — Вы поступили правильно, когда помогли мне с судом. И за сегодняшний вечер я вам тоже благодарен. Поэтому скажу без обиняков. Если вы или Филипп окажетесь в беде — звоните. Моя гвардия вам поможет.

— У вас есть гвардия? — переспросила она с вежливым любопытством. — Простите, Антон Игоревич, но… ходят слухи, что из гвардейцев у рода Северских лишь один старик.

— Слухи не точны, так еще и устаревшие, — хмыкнул я. — Кроме старика у меня есть еще парнишка и Святогор.

— Святогор? — она приподняла бровь. — Тот, который сегодня в суде выступал?

— Капитан Горцев, — подтвердил я. — Правда, официально он у меня пока не числится — сами понимаете, мы оба с ним дворяне и я не могу принять его вассальную клятву.

Ольга задержала на мне взгляд чуть дольше, чем требовалось.

— Капитан Горцев… — задумчиво произнесла она. — На суде утверждали, что его комиссовали по инвалидности.

— Верно, — не стал отрицать я очевидное.

— Но в суде он стоял на своих ногах. И, насколько я могла судить, чувствовал себя превосходно.

Я допил вино и поставил бокал на столик.

— Случаются и такие чудеса, — пожал я плечами. — У каждого рода свои тайны, Ольга Аркадьевна.

Так-то Святогор на суде сказал, что купил лекарство… Но, сдается мне, прозвучал эта отговорка весьма сомнительно. Так что чудесное выздоровление инвалида, поступившего ко мне на неофициальную службу — еще один пунктик в досье на меня, который будет интересовать СБ следящих за мной родов.

Эх, надо бы как можно скорее залегендировать свои целительские способности…

Ольга, внимательно следившая за моим выражением лица, негромко рассмеялась и покачала головой.

— Ладно. Тайна так тайна, — легко ответила баронесса и, поставив на столик опустевший бокал, положила на колени папку и раскрыла ее.

Достав документ, она внимательно прочитала его и кивнула:

— Как и ожидалось от Браунштейна. Рекомендация от баронского рода Ольховских в пользу дворянина Северского для ускоренного оформления земельного участка, составлена так, что комар носа не подточит!

Она подписала бумагу аккуратным округлым почерком и протянула мне.

— Держите, Антон Игоревич, — баронесса лучезарно улыбнулась.

— Благодарю, — сказал я, приняв бумагу.

— Не за что, — Ольга поднялась и подошла к камину. Волосы падали на одно плечо, оставляя открытой линию шеи. Огонь освещал её лицо снизу, и тени мягко ложились на скулы.

— Знаете, Антон Игоревич, — сказала она задумчиво. — Я четыре года не приглашала в этот дом мужчин. Семён Аристархович, по-моему, уже забыл, как выглядит мужское пальто на вешалке в прихожей.