— Нет. Я хочу знать.

«Мари, зачем⁈ — завопил мой рассудок в моей голове. — Это была не ты! Не ты, это другая женщина. Какой тебе дело до её грехов⁈» И он был прав. Но почему я чувствую себя так, словно всё это натворила я?

— Ну да. Может, выпила. Может… Я тебя не виню.

— И как… — я откашлялась, закусила губу, преодолела комок в горле и попыталась выровнять голос, — … как ты узнал, что я тебе изменила?

— Так ты мне сама сказала, Алис. Мы поссорились, я на тебя наорал, что ты меня допекла до печёнок, хлопнул дверью и ушёл. Бухать. А утром, когда вернулся… ну, я попросил у тебя прощения, а ты сказала, что уходишь. И что переспала с Русланом. И что между нами всё кончено, — его голос осип. — «Я больше не буду допекать тебя до печёнок» — сказала ты. И ушла.

Мы молчали. В голове гудело, и больше всего мне хотелось открыть глаза и проснуться. «Это была не я», — снова попыталась напомнить самой себе, но вышло так себе. Подавальщик принёс нам какие-то блюда, расставил, разложил приборы. Когда он ушёл, Артём зашептал:

— Лиса, дай мне шанс. Пожалуйста. Я всё исправлю. За этот год я всё осознал, переосмыслил. Сначала ненавидел тебя, проклинал. А потом понял, что сам неправ.

— Твой брат…

— К дьяволу Германа! Лис, мне плевать что он там думает. Я люблю тебя.

Я встала. Он схватил меня за руку, заглядывая в лицо снизу-вверх.

— Хорошо, — прошептала я. — Хорошо. А сейчас отвези меня домой. Пожалуйста.

Артём вскочил.

— Официант, дайте мне счёт…

Наша еда осталась нетронутой. Плевать. Я вышла на широченную шумную улицу и вдохнула прохладную морось. Глаза защипало. Я не могла отказать Артёму в праве на надежду.

— Надо найти Алису, — прошептала себе и зажмурилась. — Это не моя жизнь. Не моя судьба. Не… Это не я.

А если всё не так? Если Алиса — это всё же я? Просто действительно потеряла память и… Всё то, что было с Мари мне пригрезилось? Я попыталась вспомнить всё, что пережила в Эрталии, но прошлая жизнь вспоминалась смутной и таяла при попытке рассмотреть какой-либо эпизод детально.

Башня. И коса, которая росла в волшебном растворе. Матушка-колдунья. Вечный замок. Что если всё это — лишь игры сознания, пережившего клиническую смерть? Кажется, так это называлось в фильме?

* * *

Когда вернулась сестра, Осень читала параграф химии, устроившись на кровати с ноутом на коленях. Алиса подошла, заглянула.

— Это твой компьютер? — спросила безжизненным голосом.

— Тебе жалко? — угрюмо уточнила Осень, вытащив из ушей наушники. — Мне тоже нужен ноут. Даже больше, чем тебе, между прочим. Потому что я учусь, а для учёбы нужно столько всего искать! Но вам же с мамой плевать, да⁈