— Алиса Романовна, я надеюсь, вы достаточно адекватны, чтобы понимать: всё то, что наплела ваша сестра, это низкопробная ложь и фантазия плохо воспитанной девочки?
Глава 16 В подвале
Я застыла.
— Вера, — процедил Герман, словно предупреждал свою женщину о чём-то.
— Господи! Ну что «Вера»? Мы тут все — люди взрослые. Прекрасно понимаем, что девочку из бедной семьи обидели, публично унизили. Естественно, она захотела отомстить. А мозгов у дурочки недостаточно, чтобы оценить последствия своих поступков.
— Артём, — я обернулась к парню, — извини, но нам тут не о чем разговаривать.
— Виталий не делал этого! — резко выкрикнула Вера.
— Это твоя квартира, и я не стану выгонять твоих гостей, но уйду сама.
Но Артём обхватил меня руками:
— Подожди, Лиса.
— Чего ждать? Тут уже всё понятно.
— Алиса Романовна, — внезапно вмешался Герман, — подождите. Давайте разберёмся во всём, как взрослые люди, а не как… подростки.
— Вот именно…
— Вера, помолчи, пожалуйста.
Я хмуро посмотрела в лицо Вериному мужчине:
— Герман Павлович, я не понимаю смысла и цели этого разговора. И я не намерена терпеть оскорбления в адрес моей сестры.
— То есть, ей публично клеветать на моего брата можно?
— Вера, — прорычал Герман. — Или говорю я, или мы уходим.
— Но…
— Вера.
Он сказал это очень спокойно, не повышая голоса, но прозвучало ещё страшнее, чем недавний рык. Вера закусила красивую губу, обхватила руками колено одной ножки, заброшенной на другую, нахмурила идеальные брови и всем видом выразила несогласное повиновение силе.
— Герман Павлович, — я не посчитала нужным принять капитуляцию врага, — я действительно не вижу смысла и цели нашей беседы.
— Алиса Романовна, и всё же я прошу вас выслушать нас и ответить на наши вопросы, насколько, конечно, это будет возможно.
— Хорошо, — уступила я, сдаваясь перед его рассудительной вежливостью.
— Благодарю вас. Не могли бы вы рассказать, как и что произошло? Потому что у нас имеется только очень скудная информация, а Виталий отрицает какую-либо причастность…
— Отрицает, потому что всё это чушь и кле…
— Вера.
Герман даже не посмотрел в её сторону. Девушка снова прикусила губу.
— Я поясню: то, в чём обвиняет Вериного брата ваша сестра, произошло в субботу, когда Виталий был на празднике в честь своего дня рождения…
— И у него свидетели есть! Очень много.
Я смотрела в его глаза, а он смотрел только на меня. Серые-серые глаза, невыразимо холодные. Как гранит. Очень неохотно я всё же ответила:
— Виталий сбросил… местоположение дома, где и встретил мою сестру. А затем, оставив её на расправу пятерым сообщникам, ушёл. С Камиллой. Полагаю, для этого ему не понадобилось много времени.