разворошил осиное гнездо? Обе орды, которые возглавлял Боняккан жаждут отправиться в поход на тебя. И я не смогу тебе помочь. — И что, уже договорились, кто возглавит общее войско? — Ирмаккан. — И воины орды покойного Боняккана с этим согласны? Они готовы рискнуть сотней детей своих сородичей? — Пока не договорились. — Вот видишь. — Но Ирмаккан может решить, что ему и достанет и своих воинов. Выдвинется в поход, а там, и некоторые куренные из орды Боняккана присоединятся. А если они вернутся с богатой добычей… — Если, Тераккан. Если, вернутся, — перебил его Михаил. — Больше десяти тысяч воинов, — покачал головой тесть. — И ты приехал, чтобы забрать дочь и внуков, пока здесь все не разрешится, — не спрашивая, а констатируя, произнес Михаил. — Если ты не будешь этому противиться, — не стал отнекиваться тот. — И не подумаю. Алия сама решит как ей быть. — К чему эти разговоры, Миша. Хороша же я буду жена воеводы, если стану всякий раз бросать мужа и его людей, чтобы спрятаться под крылом отца, — возмутилась молодая женщина. В ответ на это, Романов лишь развел руками, мол говорить больше не о чем. Тераккан внимательно посмотрел на свою дочь, и тяжко вздохнул, принимая ее решение. Времена, когда она была подвластна его воле миновали. Теперь она ушла в род своего мужа, и принадлежит только ему. И пусть, тот круглый сирота, это ни о чем не говорит. — Ты приехал только чтобы сообщить мне о том, что мне следует ожидать незваных гостей? — поинтересовался Романов. — Не только. Я привел караван с шерстью. Михаил наладил в Пограничном ткацкое дело. Но не стал связываться с растительной пряжей, сосредоточившись на шерсти. На его взгляд, первое и наиболее важное в добрососедских отношениях это взаимная выгода. Поэтому они покупали у орды Тераккана овечью и верблюжью шерсть и шкуры. Как результат ткачество, валяние войлока и выделка кож вышли в ряд важных отраслей производства города. Кожевенные мастерские устроили за пределами города, занимавшего теперь весь остров. Уж больно вонючее производство. Металлургический комплекс и тот оставался в пределах городских стен. Там всего-то копоть, и грохот железа. Да и то, проблема решалась благодаря высоким забору и дымовым трубам. С миазмами такой номер не прошел бы. Шерсть кочевники поставляли уже очищенную и подготовленную к переработке в пряжу. Признаться, сырья оказалось слишком много. Романов оказался не так уж грамотен в механике, чтобы создать прядильную машину. Три года назад пригласил из Царьграда одного специалиста. Обозначил