Обстрел в общей сложности продлился примерно час. После чего эскадра поставила паруса и отвернув от берега взяла курс на Крит.
— Михаил Федорович, сдается мне, что после такого императору будет проще отобрать у нас пушки, даже если придется перебить, — огладив аккуратную бородку, произнес полусотник.
— Это точно. Только мне еще жить хочется. А потому секрет пушек я ему все же уступлю. Только для начала набью им цену.
— Это дело доброе. Только как бы наши пушки потом не оказались еще у кого. Да хоть у тех же торгашей венецианцев.
— Не окажутся. Сколько они уже с ромеями дела ведут и называют себя самыми верными друзьями? Но что-то я не вижу чтобы Комнин передал им секрет греческого огня. Выделить какое-то количество для драки, это да. Но только не секрет производства.
— Ну так и пушками может поделиться.
— А вот этого он делать не станет. Потому что, изготовить пушки по образцу и подобию, куда как проще, чем догадаться о том, что понамешано в горючем зелье.
— Пожалуй твоя правда, воевода. Но я все же поостерегся бы.
— Ничего. Рано или поздно все тайное становится явным. Главное помнить об этом и успеть извлечь наибольшую выгоду.
Глава 23. Чугун и пушки
Расплавленный металл побежал тонкой струйкой в керамический ковш. На стенки и вверх брызнули сотни искр. Михаил поспешил прикрыть лицо рукой, укрытой в парусиновую рукавицу и отшатнулся в сторону. Пара секунд и искры сошли на нет. На смену им пришел нестерпимый жар, пыхнувший из ковша и исходящий от желоба, по которому стекал чугун.
Наконец емкость заполнилась и Хуоджин одним ловким движением вогнал в сливное отверстие пробку. Раскаленный поток быстро сошел на нет. Китаец снял сверху пленку образовавшегося шлака и кивнул Михаилу на ручки, железные ломы, приделанные к толстостенному ковшу.
Вес вышел изрядным, но не неподъемным. Отойдя от печи всего-то на три метра, они начали заливать чугун в установленные на земле формы. И вновь полетевшие в стороны брызги, быстро сошедшие на нет. Как только металл появился в заливном отверстии лить прекратили и перешли к следующей форме.
Примерно с полчаса работы, и весь чистый металл был выбран. Какая-то част еще оставалась на дне, вместе с осевшим мусором. Его выгребли вскрыв каменную дверцу. Все. Печь готова к следующей загрузке. Но Романов только покачал головой, мол погодим.
В его планы не входило повторное использование этой временной печи, пусть и выполненной со всем тщанием. Он хотел убедиться в том, что его новый металлург в принципе может варить чугун и обращаться с ним. После этого все должно было быть разрушено, превращено в мусор и выброшено в море. Чтобы не оставлять за собой грязь.