Когда всяк и каждый знает, что закон един как для крестьянина, так и для князя. Вот и поглядите на это со стороны. Вдруг что-то дельное выйдет. — Сам же сказываешь, что по-твоему у меня не получится. — Это в плане войска, а не управления государством. — А с войском как быть? — А взять нечто среднее между моим порядком службы и фемным войском. Посидеть подумать, а потом попробовать, хоть в твоем Чернигове. Михаил расстегнул боевой пояс и бросил его перед собой. Потом стащил перевязь с мечом и присовокупил к нему. Расстегнул с боков ремешки, и стащил доспех. Расправил плечи, похрустев косточками и посмотрел на Владимира. — Я готов. — К чему? — Казни меня князь, коли считаешь, что перед тобой враг. — Дерзок ты Михаил. Но вот насколько заслужил смерти, я еще не решил. Так что, не пришел еще твой час. Облачайся. — А зачем мне облачаться? Тенек, ветерок. Тело только-только наконец задышало. Да и обед уже готовят, скоро подадут. — А еще ты наглец, каких мало на белом свете, — не удержался от смеха Мономах. — Прости, князь, — вновь присаживаясь рядом, произнес Михаил. — Слышал я, что ты в Пограничном ввел эти, как их, фамилии. — Просто решил упорядочить роды, как это в ведется в том же Царьграде. У кого-то, фамилия идет от имени основателя. Ну вот как у меня, батя мой был сын Романов. Деда крепко уважали в слободе, вот и за мной то прозвище осталось. Так я его и держусь. И дети мои Романовыми будут. Род весь как на ладони и всем понятно, кто мы такие есть, и по родителю видно чьих будешь. К примеру дети твои будут прозываться Владимировичами или Мономаховичами. А ить неверно это. Ибо все вы в первую голову Рюриковичи, потому как род свой ведете от Рюрика. А потому и поминать нужно в первую голову основателя рода, потом имя, а там и батюшку помянуть. — Хм. Занятно, — огладив бороду, задумчиво произнес Владимир.
Глава 4. В шаге от краха
Глава 4. В шаге от краха
— Ну и что ты скажешь по этому поводу? — князь Владимир забросил в рот лесной орех, и хрустнул скорлупой.
Этого года урожай еще не подоспел. В стандартный походный продовольственный набор они не входят. Значит специально озаботился. Видать нравятся ему орешки.
Хм. Вообще-то, Михаил тоже не отказался бы погрызть семечки. Бывало порой, в особенности при дальних поездках, что помогало бороться с сонливость. Только нет их сейчас на Руси. Как и картошки. Ох он бы сейчас умял жаренной со свининой. Причем не с тарелки, а прямиком со сковородки. И непременно чугунной.
От одной только мысли об этом, обильно потекла слюна. Вовремя, чего уж там. Перед ними сплошная стена половецкого войска, а он размышляет о гастрономических изысках. Вот, всегда у него так. Верный признак, сильного нервного напряжения. И так будет, пока не послышится свист первой стрелы.