— Уж не на пушки ли намекаешь?

— Да я прямо говорю. Коль скоро уж решил продавать их на Руси. Так и мы для начала штуки четыре прикупили бы.

— Если не больше, то думаю это возможно. Но только на будущий год.

— Что так?

— А толку вам от них никакого не будет. Научить-то палить из не трудно. А вот содержать в порядке, уже совсем иное дело. Так что, присылай ко мне будущих пушкарей на учебу, числом двенадцать молодцев. Только гляди, шли новиков, а не зрелых мужей. Молодость она любую науку лучше постигает. А уж к лету получишь и их и пушки.

— Но в Киев ты уже с ними направляешься, — поддел Горыня.

— С ними. Но так там ведь великий князь, как его не уважить. Да только и ему придется отправлять ко мне пушкарей на учебу. А пока они не вернутся, будут дары пылиться в сарае.

— Понятно.

Доволен Горыня. Еще бы. Ростислав уж весь слюной на те пушки и пищали изошел. Причем хочется ему ими обладать не столько ради реальной боевой мощи, а больше как желанной игрушкой. Да такой, какой почитай ни у кого иного и нет. А кто ему ее добыл? Боярин Трепов, коего он несправедливо отринул, и несколько лет держал от себя поодаль.

Душевно посидели, с Горыней, хотя пир тот и не закатил, но пока сидели за кувшином сбитня и горкой яблок, поспел обед. Отведал Михаил хлеба соли, да простился с радушным хозяином. К князю ломиться все же не станет. Пригласит, конечно направится и дары на этот случай припасены. А нет, знать не время еще. Больной пока еще только выздоравливает. Не зачем мешать процессу.

Покинув дом боярина двинулся по улице, в сторону торжища, а там и на выход, к причалу. По сути тут ему делать больше нечего. Утром отходят. А сейчас можно пока посидеть в своей каюте, за табличками. Появилась кое-какая мысль. Надо бы зафиксировать, а там глядишь и обдумать со всех сторон.

— Здравия желаю, воевода, — чуть не хором приветствовали его двое молодцев, слегка навеселе, когда он проходил между торговыми рядами.

Одеты по форме. Черные кожаные сапоги, зеленые порты, красные рубахи, с воротником стоечкой и черными петлицами, в которых латунные эмблемы линейного полка, щит и меч. Портупея с изогнутым мечом и ножом.

Михаил не стал особо мудрствовать с формой, давно уж ввел единый образец. А вот знаки различий в виде петлиц только в прошлом году. Тогда же учредил и награды с памятными знаками. Вот у этих молодцов справа на груди висят медали за степной и морской походы, трех и двухлетней давности. Помимо того на левой стороне по георгиевскому кресту. Это ордена за особые боевые заслуги.

Мелочи? Ну не такие уж и мелочи. К орденам положена еще и солидная премия. Что же до медалей, то сразу видно кто где бывал, а кто просто бахвалится. А вот от юбилейных медалей решил отказаться. Правда, пока это понятно только в Пограничном. Но и здесь тоже в качестве украшения вполне сгодится. Михаил лично вытачивал клише, так что получилось даже красиво.