— Ладно. Итак, красавица, рассказывай.

— Госпожа узнала о том, что Олег задумал союз с половцами, чтобы будущим летом отобрать стол своего отца в Чернигове. Хан предложил скрепить его браком с его дочерью. Евгения правильно рассудила, что все возможное от империи ее супруг уже получил, включая двух сыновей, являющихся родственниками Дука, и дальше она будет только мешать. Она начала готовить переворот, но не успела. Олег ее опередил.

— На кого хотела опереться Евгения?

— У нее был любовник. Один из воевод Олега.

— Интересные вещи ты говоришь, Анисья. Борис, что это значит? Почему я об этом ничего не знаю? И другой вопрос, а ты об этом знал?

— Нет, Михаил Федорович. Не знал.

— Евгения переманила вашего человека в княжеском дворце, — пояснила служанка.

— Как?

— Опоила дурманом, выпив который никто не может солгать, и допросила.

— Что за дурман? — тут же вскинулся Михаил.

Он прочел множество медицинских трактатов. Все, до чего только мог дотянуться. Но ни в одном из них не говорилось дурмане, который бы развязывал язык на манер сыворотки правды. Так что, его интерес был вполне оправданным. Хотя и не только в познавательных целях, но в сугубо практических.

— У госпожи был трактат в котором говорилось о снадобье использовавшемся египетскими жрецами. Она готовила его сама.

— Где хранится этот трактат знаешь?

— В ее библиотеке.

— Ладно, с этим разберемся. Итак, один из воевод Олега был ее тайным любовником. Где они встречались?

— В другом доме. Время от времени Евгения приходила в известный тебе дом, откуда потом уходила на свидания.

— Почему ты сбежала, а не обратилась к воеводе?

— Я обратилась. Но он сказал, что без госпожи ничего делать не станет.

— Ясно. Борис, планы меняются. Я отправлюсь вместе с десятком особистов и Анисией. Как, Анисия, готова вернуться?

— Зачем?

— Посчитаться с убийцей твоей госпожи и позаботиться о ее детях.

— Да, — решительно произнесла девушка.

— А оно обязательно самому-то? — недовольно пробурчал Борис.

— Обязательно. Только не помешало бы еще как-нибудь объяснить мой отъезд без гвардейцев.

— Н-да. Подумаем. Когда думаешь выступать?

— Не раньше чем через две недели. Нужно еще кое-что тут закончить. Так что, думай. Голова тебе не только чтобы шапку да шелом носить. Ужинать будешь?

— Не. Пойду я. Ждут меня.

— Ну и ладно, — не стал настаивать Михаил.

Он прекрасно понимал, что холостой начальник безопасности уже косится в сторону красавицы гречанки. У них с ней уже была прежде связь, и нет никаких противопоказаний к ее продолжению. Если только дурман этот. Но тут Борис не мальчик, разберется. И вообще, если что Романова ждут к ужину, с весьма заманчивыми перспективами на нескучную ночь. Уж больно игрива была Алия.