— Знаешь, Лен. Если и намылится, надо отговорить или Ивана натравить, — прикинул я возможные последствия.

Весело-то весело, но от такого веселья невесело как-то выходит, в перспективе.

— Да, наверное не стоит. Хоть и смешно!

— Да я и не спорю. А на какие алименты эта троица влетит! — хихикнул я.

— А будут?

— Ну смотри: небывальщина на такую хрень, как биологический родитель плюёт. Это ей неинтересно. Но САМ Горыныч-то знает. И думаю, принимает, пусть умозрительно, возможную ответственность. Не факт, что верит, что она будет. Но если будет — то точно влетит, — выдал я свои прикидки.

После баньки мы нараздавали долги — всё же и волновались, и вообще. А наутро стали разбираться, а что из себя представляет этот самый дзянши. И выходила какая-то бредовато-криповатая хрень. Итак, дзянши — именно тело, от прошлого владельца не осталось ни черта, кусок дохлого мяса на дохлом костяке. Одержимое… духом камня. Я себя за тросы щипал, Зелёнку — за попу, глаза тёр и башкой вращал — но так, блин! То есть, к некросу эти духи-одержатели имели отношение… да наполшишечки, по сути.

— Не факт, что все они такие. Но прыгающие, похоже, все, — заключила Зелёнка. — И ты знаешь, я думаю, они — этакая эволюция, — задумчиво протянула она.

— Из элементалей в хищников? — уточнил я, на что супруга согласно махнула ушами. — В принципе — похоже не то. Простейшие духи камня нашли «лазейку» к большему количеству энергии. Трупаны в землю…

— Или пещеры, есть в Поднебесной традиция. Была, точнее.

— Так вообще всё сходится. Занятно, конечно, — хмыкнул я.

Выходила, путь и теоретически, но очень похоже на правду, такая картина. Попадает простейший, по сути, неразумный нечистик-элементаль в мёртвый труп. И тут получается интересный момент. Анимировать труп этот тупой дух, в принципе, может — энергии не так много нужно. А механизмы в виде мышц и прочего есть. И анимирует, ища человеков, чтоб их пустить на энергию.

А прыгающая походка связана с тем, что это духи камня, не то, что невеликого, а просто отсутствующего ума. И для них принцип «прочнее — лучше» основополагающий. И эти трупаны прыгают на мысочках, имеют крайне хреновую подвижность лап, но при этом — запредельную прочность. Одеревенели, точнее, окаменели.

И, кстати, вот казалось бы — дурацкая и тупая нежить, те же мары — и то страшнее. Ну, прочный. Ну сильный звиздец какой. Только прыгает, как дурак, руки с хреновой подвижностью.

А по факту выходило, что опаснейшие твари. Прочность тела и чудовищное, запредельное количество. То есть, сильнейшие маги Поднебесной бьются над вопросом решения прыгучего вопроса, барьеры, половина Поднебнесной — гиблая зона, огороженная ханьскими и прочими подобными матюгами.