— Ну… тогда ладно, — вредно улыбнулась Зелёнка и пощупала, где надо.

А через некоторое время мы вновь уставились на призрачных умертвий. И зрелище было, если не интересное, то уж точно занятное. А именно: призраки, типа навий, разве что чуть-чуть посильнее. В деловых костюмах, причём весьма комичных: разных эпох, от каких-то там цинских халатов, до пинжаков с карманами. И с взаимозаменяемыми частями этого гардероба, например пухлый призрак в смешной шапочке с пером, шароварах и сандалетах, в пиджаке.

Ну это — ладно. Магоптика Трака позволяла приблизить этих умертвий, а магоакустика — послушать, чего трындят. И наблюдали мы… работу орды призраков, под присмотром орды призрачных чинуш. Причём, большая часть работы этого навства приходилась не столько на построение ритуала, а на перекидывание призрачных бумажек, ответственности и подчинённых друг на друга. Во славу Небесного Императора, конечно. Но и не только — пусть пореже, но призраки поминали Генерального Секретаря и даже Руководящую Роль Партии. Несмотря на это, бумажки перекидывались, призраки-подчинённые семьдесят процентов времени внимали «мудрым руководящим указаниям» или метались от одного руководителя к другому.

— Некробюрократия непобедима, — поставил я веский вердикт. — Потому что уже мёртвая.

— Хорошо сказал, — довольно покивала Зелёнка. — И верно, — посмотрела она на навство.

— Слушай, а чего это вообще за типы? Ну нави, по методологии…

— Не совсем, Кащей. Это чиновники небесного императора, именно как нежитетип.

— И рабочие?

— Все, как я понимаю. Вариант посмертной награды в Поднебесной: становление чиновником в посмертье.

— Азияты-с, дикари-с, — оценил я. — Слушай, но этот небесный — бог?

— Скорее всего. Но может, и нет — просто какой-нибудь нечистик…

— Титан, — уточнил я.

— Возможно, и Титан. Той же бюрократии. Насколько я знаю, его культ не предполагает молений, жертв, пощады и прочего. Только воздаяние после смерти, очень регламентированное. Но в материи он не проявлен, точно.

— Развели фигни всякой, — осудил я дурачьё. — Даже после смерти хернёй маются. А вообще — с хрена ли нави этим занимаются? Не в плане хернёй, это, видимо, им просто нравится, придуркам мёртвым. А расчисткой от радиации?

— Подозреваю, я неправильно сынтерпретировала информацию в сети, — слегка опустила уши Зелёнка. — Там говорилось о «заклятии». Но, видимо, заклятие не очистки, а призыва этих призраков, которые и осуществляют очистку.

— Ясно-понятно, да и ничего страшного. ТАКОГО, — потыкал я в изображение некробюрократов, — нормальный человек не то, что предположить, а даже придумать не сможет. Факт, — веско припечатал я под кивки Зелёнки.