Во-первых, если призывать «конкретного», знакомого нечистика — призывался именно он, а не какой-нибудь его коллега. Работало это колдунство только при личном знакомстве, пусть и мимолётном — орать какму-нибудь «Лешему Великого Мухозасранска Новоёркова» (если он вообще там был, что не факт) — бессмысленно. Если лично не пересекался.

С водяными, ну и их вариациями и так подчинёнными — аналогичная петрушка. А главное — экстерриториальность, не в смысле «всё общее». Нечистики те ещё собственники. А перемещений, призвать того же Лешего, любого знакомого, в любую рощу — не проблема. Захочет — появится. Ну и, соответственно, с водяными так же. Почему я и не заморачивался вчера рядом со стойлом.

А что щекастому было нужно — интересно. Маринка, в процессе, точнее, после процесса выслушала описание и подтвердила, что у водяной нечисти пухлость — атрибут статуса. То есть никем, кроме Водяного, вчерашняя неделикатная морда быть не могла. Уж большо щачла обширные.

Так что оставил я байк на обочине, да и потопал к речушке. Подумал, да и не стал в неё плевать — прилететь за такое невинное развлечение могло до смерти. Мне-то пофиг, но ОПЯТЬ изгваздают, так что нафиг.

— Водяной, — негромко позвал я.

Не без интереса. Как-то не доводилось мне водяную нечисть наблюдать, только слышал. А нежить — несколько иное, как ни крути.

И информация меня не подвела: на речной ряби, неподалёку от берега, образовалась не слишком могучая воронка, а из неё уже знакомая морда.

Вот тоже — любопытный момент. Воронка над мелководьем, там и полуметра-то нет. А выпирающий водяной обширен и здоров, только торс метр двадцать где-то, не считая хвоста.

— Здравия тебе, Кащей, — пробулькал белокожий, с синеватым отливом, патлатый и бородатый дядька.

Борода и патлы — болотно-зелёные, как положено. На коже — редкие чешуи, ну и рыбий хвост. И пузат, как кит, куда деваться. Вообще — очень на социально активного водяного из мультика походил, что для водяных норма.

— И тебе, Водяной, соответствующего всего, — ответил я. — Чего хотел?

— Дело к тебе есть, — булькнул нечистик. — Леший баял, силищи ты немеренной, да и нрава незлобливого… стал, — с некоторым скепсисом уставился на меня пузан.

Упс, а не знаком ли с настоящим Бессмертным этот конкретный Водяной? Так-то и пофиг вроде. А как явится его Бессмертие за плагиат карать, может и не очень быть… Хотя — разберёмся. Я тоже не гимназистка беззащитная.

— Да ты что? — ласково оскалился я. — Вот прям — незлоблив? — потихоньку начал я выпускать тросы из прорезей кожанки.

— Сказал же, бают так, Бессмертный! Да и что тебе до слов пустых? — зачастил несколько напуганный водяной. — Поможешь? В долгу не останусь. А то несложение у меня, — надулся он обиженым жабычем.