Тогда Лимарис поднял руку.

— Стойте, мои мастера! — воскликнул он. — Мне отрадно видеть такую солидарность среди подданных и готовность развязать кошели ради общего блага! Однако вы ведете себя так, будто опасаетесь, что я беру уважаемого подмастерья Коннаха в заложники — словно бандит с большой дороги! Это я-то, священный император! — Лимарис обвел всех благостным взором. — Ничуть не бывало! Брат Пророка, как его называют, крайне интересная личность! Он, говорят, умеет творить чудеса, и при этом мой взгляд не видит у него ни вспышки внутренней энергии — даже в той мере, которая озаряет простолюдинов. Несомненно, вы все в Тверне уже привыкли к этому за годы, мне же всего лишь любопытно поговорить с таким необычным бойцом! Опять же, я всегда интересовался Путем плюшевого мишки. Удивительное учение! Начать с того, что это крайне необычное название для культа. Не стоит так уж сильно защищать господина Коннаха!

И тут Гертис впервые громко заговорил.

— Позволено ли мне сказать, ваше священное величество?

Его голос зазвучал как на проповеди в храме — мощно и гулко раскатившись сразу по всем уголкам пустого зала. Хотя при всем при том Брат Пророка не кричал.

— Говорите! — произнес Лимарис.

— Я буду счастлив принять ваше гостеприимство и обсудить любые темы, которые вы сочтете нужным, а также исчерпывающе ответить на все ваши вопросы. Однако ваш призыв застал меня посреди срочных дел. Вы, должно быть, в курсе, что через моего брата Истинный бог даровал мне способность поддерживать людей и помогать им в горести? Пусть болезни и беды пошли на спад, в нашей больнице все еще множество больных и умирающих, нуждающихся в утешении. Моя работа для них — разница между жизнью и смертью. Прошу вас в мудрости своей разрешить мне вернуться в резиденцию и завершить дела на сегодня. После этого я готов приходить сюда каждый день и с превеликим удовольствием посвящать вашему священному величеству столько времени, сколько вы сможете мне уделить от других государственных дел. Тем более что до нашей резиденции отсюда совсем недалеко!

Лимарис криво улыбнулся, однако маска трескалась: Ланс заметил на его лице вспышку ярости.

— Жизни людей, безусловно, важны, но важно и само существование империи! Император не может распоряжаться своим временем с оглядкой на золотушных простолюдинов. Вы, Коннах, должны остаться во дворце — прямо сейчас! Или я объявлю вне закона ваш культ, попирающий волю древних богов! И вы все равно останетесь во дворце — но уже не гостем, а пленником.

Тут, к удивлению и Ланса, и, похоже, всех присутствующих, Гертис Коннах плавно опустился на колени и склонил голову.