Другое главное отличие: мне приходилось все время помнить, что со мной не только мои люди, но и послы Малых королевств — та самая троица, что вела со мной переговоры зимой, а позже прибыла на наши экзамены в качестве приглашенных мастеров: Бургис Айвор из Западного Чернолесья, Тарин Крей из Большого Индара и Вланис Калит из Манторы. Они изъявили желание отправиться в Тверн вместе со мной, чтобы воссоединиться со своими делегациями и вместе с ними отплыть по реке в Пирот. Я, конечно, не отказал. Мне нужна была эта «международная огласка», пусть даже ее полезность в местных реалиях оставляла желать лучшего.

И все же сходства между этими двумя забегами было столько, что мне порой приходилось усилием воли отгонять упрямо лезущие в голову мысли о грядущей катастрофе. Тогда, спасая Ориса, я превзошел себя, прыгнул выше головы, я привел помощь — и потерпел поражение. Неужели снова?.. Нет! Не бывать этому. Я лучше подготовлен, как благодаря своим усилиям, так и усилиям множества других людей. Главное — не допустить быстрого проигрыша, а в долгом противостоянии император не вывезет. Я стою на земле твердо, мои корни глубоко — а он шатается.

И все же во время этой бешеной скачки, как и тогда, голова пыталась думать о чем угодно, кроме непосредственно того, что мне предстояло. Только теперь из памяти всплывали больше не сцены той жизни, а здешней — смешные словечки Ории (мы даже не пытались учить ее орденскому языку, так что она говорила только на местном, хотя Тильда немедленно начала вдалбливать во внучку древнеэремский), первые забавные выходки Ульна и Бера, спарринги с Гертом и магические уроки с ним же, занятия с моей «личной гвардией», опыты в мастерских и импровизированных лабораториях… Ледяной ад, да я в этом мире, похоже, только и делаю, что вожусь с молодежью и учу! Забавно. Я думал, это мрачное местечко, в котором придется драться и только драться. Но этот прогноз не оправдался. Может быть, проживи Орис дольше, мне и пришлось бы кулаками показывать, что я достоин своего места наследника Школы Дуба. Но увы, он погиб, и погиб таким образом, что тень его величественной смерти позволила мне спокойно жить и развиваться несколько критических лет — а после этого у меня уже были возможности почти во всех случаях избегать силового воздействия. Кроме единичных, но от этого не менее эпичных примеров.

Вот как сейчас. Пора отдать долг моему здешнему отцу. Защитить честь рода Коннахов и все, за что мы стоим.

Я не скажу, что за десять лет мы построили с Алёной райский уголок или хотя бы нечто, сравнимое с нашей прежней жизнью. Но прежняя жизнь и правда начинает казаться сном, а то, чего мы достигли здесь — более чем реально и более чем заслуживает, чтобы его защищали.