— В свете того, что я могу привести с собой до сотни бойцов, обученных драться круче всякого спецназовца в поле магического подавления? — с иронией спросил я. — А если им еще и стандартное снаряжение дать…

— Да, — подтвердил Кир. — Это у меня вертится в голове с самого начала твоего рассказа. Тем более что наши детекторы эту вашу «внутреннюю энергию» не берут.

— Интересно, а не-маги с Терры могли бы выучиться этой… внутренней энергии? — заметил мой отец как бы в воздух. — Если ты говоришь, что магия ей препятствует.

— Ты не светишься в моем внутреннем зрении, — сказал я ему. — Если ты себя имеешь в виду. Значит, внутренней энергии в местном понимании у тебя нет. Что будет после года-другого жизни на этой планете — не знаю, но подозреваю, что ничего особенного. Я все же думаю, что это магическая колония, что предки ее населения все поголовно были магами, и что внутренняя энергия — это вывернутый наизнанку магический потенциал. Тут даже что-то вроде всепланетного Проклятья есть. Значит, скорее всего, на этой планете нужно родиться, причем с подходящими генами, чтобы это Проклятье заполучить!

— А чтобы его скинуть, нужно умереть… — задумчиво добавила Рина. — Однако! Везет тебе на такие повороты, Аркадий.

— Ну, я-то сам не умирал, — пожал я плечами. — И мы не уверены, что клиническая смерть — единственное требование. Пока опытный экземпляр у нас один-единственный, ни на ком другом мы эксперименты не проводили.

— Этот единственный экземпляр — не ты? — уточнила Рина.

— Мой двоюродный брат.

— Какой еще… А, здешний!

— Да, — я улыбнулся. — Брат, друг, ученик. Всего понемногу.

— Мне стоит ревновать? — с улыбкой поинтересовался Кирилл.

— Что ты! Сердце я принимал только от тебя! — театрально душевным тоном ответил я.

Мы посмеялись, затем я серьезно продолжил:

— Так что я все-таки врос в здешнюю жизнь. Мы с Алёной поженились и здесь, у нас дочка, и еще у меня отдельно есть мать, младший брат, двоюродный брат, вот-вот появится двоюродный же племянник… Это не говоря уже о разного рода вассалах, подзащитных и учениках. А у Алёны отдельно есть внуки, и если судить по поведению старшей внучки, скоро могут и правнуки наклюнуться. И свой собственный набор учеников, подзащитных и вассалов. Так что когда я говорил о том, что могу привести с собой отряд из ста бойцов, я вовсе не шутил и не преувеличивал.

— У тебя здесь мать… — проговорил Андрей Васильевич.

— Да, — сказал я. — Отец тоже был. Погиб, к сожалению. Очень хороший человек, жаль, что не могу вас познакомить. А мама Тильда тебе понравится. Брату Ульну всего десять лет пока, очень смышленый парнишка. Я его воспитывал с младенчества, так что он мне больше сын, чем брат.