— Глава Школы Дуба нам угрожает? — хмыкнул Эйерн.

— И снова вы не угадали! — вздохнула Сора. — Надо ли мне говорить еще прямее? Мастер Эйерн, сад, который вы видите за окном, существует только потому, что Пророк вовремя распорядился прорыть дренажные каналы, и потому что мы прикрыли розовые кусты от заморозков полотнищами промасленной ткани! Как вы думаете, как мы узнали, что это нужно сделать? Потому что Пророку было откровение о бедствиях, которые произойдут в этом году! И они не закончатся и на следующий год, а может быть, и годом позже.

— Да, я слышал эту проповедь, — нахмурился Эйерн. — Божественные способности Пророка никто не оспаривает. Трудно оспаривать их, сидя напротив вас — особенно мне, человеку, который видел… скажем так, предыдущую госпожу Боней. И который знает, что, как бы то ни было, вам, моя госпожа, не может быть меньше шестидесяти лет. А то и семидесяти.

— Именно, — кивнула Сора.

— Но ведь таков и есть порядок природы: в годы бедствий зерно дорожает, и те, кто имел предусмотрительность сделать запасы, может также возместить свои издержки и заработать дополнительные суммы.

— Тогда остается лишь надеяться, что этот крупный заработок будет утешать такого предусмотрительного дельца в последующие десять и более лет упадка, — вздохнула Сора, хотя ей очень-очень хотелось ударить этого человека.

— Почему же этот упадок последует? Из-за проклятия Пророка? — усмехнулся Эйерн.

— Из-за того, что люди, которые могли бы купить товары этого предприимчивого дельца, умрут с голоду.

— О, я слышал этот довод! — улыбнулся Эйерн. — Однако видите ли, в чем дело, Великий мастер… бедняки, для которых Пророк пытается ввести твердые цены на зерно, не покупают наши товары. Они покупают одежду у старьевщиков, а не заказывают ее в наших мастерских. Точно так же они не будут ходить в это заведение. Скорее, разгромят его.

— Не совсем так, — заметила Сора. — Даже у последнего бедняка обычно есть хотя бы один приличный костюм на выход, а у его жены — нарядный платок или чепчик. Точно так же и этот ресторан. В отличие от таверн Производственных Школ, мы не собираемся запрещать сюда доступ никакой платежеспособной клиентуре. Любой человек, заработавший или накопивший достаточно, сможет сюда зайти. Не будет ограничений ни по знатности, ни по боевому рангу.

— Однако! — усмехнулся Эйерн.

— Именно. А вы к тому же забываете о трех вещах.

— А именно?

— Для начала, те богатые люди, которые заказывают у вас портьеры и отрезы окрашенной в родовые цвета ткани на наряды благодаря налогам и продуктам, которые они получают от бедняков. Будет меньше работников — их благосостояние упадет. Они не смогут заказывать у вас столько же товара, сколько прежде — или вам придется снизить цены.