К счастью, кое-что доступное мне всё-таки было.

Церемония транслировалась по головидению, ведь Кровавая Арена — одна из самых популярных передач во всём известном мире. И для того, чтобы зрители в других звёздных системах получили возможность наблюдать происходящее во всех подробностях, в главный зал «Хауса» натащили уйму разнообразного оборудования.

Поэтому я во всех подробностях наблюдал за происходящим. Как рассаживается за свободные столики почтенная публика, как льётся вино и мелькают тарелки в руках расторопных официантов, как при поддержке небольшого ансамбля наполняет пространство звуками чернокожий саксофонист, время от времени делая в своей игре перерывы и позволяя выйти на первый план виртуозно стучащему по клавишам пианисту…

Посетители вовсю общались друг с другом. Наверняка многие были давно знакомы между собой.

Некоторые носили карнавальные маски, закрывающие часть лица. Выглядящие старомодными, эти штуковины тем не менее были снабжены функцией голографического шлейфа для дополнительного размытия черт лица, в основном — нижней его части…

Практически никого из собравшихся я не знал. Но, к сожалению, были исключения.

Серьёзным испытанием для меня стало то, что среди публики я заметил один столик, за которым сидело несколько мужчин, среди которых опознал шишку из Синдиката — как раз одного из тех, информацию о которых мне скинул Перовский.

Ненависть к старым врагам заставила сердце забиться чаще.

Увы — поквитаться с ними сейчас я не мог, как ни хотелось…

На севшую за полностью свободный столик Яромиру вовсю косились, пусть и стараясь делать это по возможности незаметно. Но подойти и завязать разговор никто не решался.

Я было подумал, что волноваться не о чем… И почти сразу после этого Кровавые будто посмеялись надо мной.

В залу вошёл какой-то разодетый и напомаженный тип с очень наглой рожей. Здороваясь кивками с каждым вторым из посетителей, явно показывая этим, что является завсегдатаем, он вальяжно прошествовал через весь зал. И в конце концов остановился прямо напротив столика Яромиры — за одиноко сидящую девушку он зацепился взглядом практически сразу же.

Я бы мог подслушать разговор с помощью коммуникатора супруги, но считал не этичным вести себя наподобие мужа-ревнивца, который следит за своей половиной даже тогда, когда она находится в уборной. Поэтому, хоть это и не составляло труда, намеренно ограничивал себя в этом.

Чтобы узнать подробности разговора, пришлось подключиться к устройству сидящей за соседним столом дамочки, у которого оказалась довольно слабая защита. К счастью, несмотря на расстояние слышно было не очень хорошо, но всё же слышно.