Я была оглушена этой переменой. Я часто-часто моргала, чтобы прогнать слёзы. Сердце пустилось галопом, отдавая болью.
— Тим… — хрипло позвала его. — Я что-то сделала не так?
— Всё нормально, я просто не могу…
Всё же было нормально, пока он не почувствовал шрамы. Унижение и боль накрыли меня с головой. Я встала и попыталась прикрыться одеялом, спрятать своё оскверненное тело. Неужели я думала, что он сможет меня трогать, когда я такая….
— Прости, — прошептала, слёзы покатились из глаз. — Я не подумала… Я сейчас прикроюсь… — из горла вырвался всхлип, я не выдержала и расплакалась в голос.
Обняла себя руками за уродливый живот и плакала. Боль внутри стала просто невыносимой. Почувствовала, как матрас подо мной прогнулся, Тим встал на колени возле меня, и я согнулась, чтобы он не видел моё тело. Супруг убрал мои руки и пятерней взял за скулы.
— Юля, что случилось? Тебе больно? — тревога в его голосе едва меня не добила.
Я покачала головой.
— Посмотри на меня.
Я зажмурилась ещё сильнее.
— Юля, — властно произнёс.
— Просто… Просто я не подумала, что ты не захочешь меня… Прости… Я понимаю… Я…
— Не захочу? — ошеломлённо произнёс он.
А через секунду он взял меня за ладонь и положил… Я тут же распахнула глаза и встретилась с его голодным взглядом.
— Вот так сильно я тебя не хочу, — он толкнулся членом в мою ладонь.
— Но… Но ты скатился с меня, — шмыгнула носом.
Он хрипло рассмеялся и поцеловал меня в кончик носа.
— Я боюсь навредить. Я так сильно хочу тебя, что не смогу аккуратно.
Облегчение затопило меня, словно цунами. Я засмеялась и обняла супруга.
— Не бойся. Просто люби меня грязно, порочно, как и всегда. Я не фарфоровая, я не сломаюсь…
Тим прижал меня к себе, спустил джинсы с бёдер, усадил меня сверху на себя, а затем одним мощным толчком вошёл внутрь. Из горла вырвались рыдания, я так сильно его хотела, так сильно его любила, так нуждалась. И он показывал свою любовь. Руками, губами, членом. Он не был нежным, трахал меня так, что из головы всё вылетело, был лишь он. Опалял кожу горячим дыханием, не жалел. А я выгибалась и двигалась навстречу, захлебывалась криками. Он любил меня грязно и так прекрасно, как может только он. Я рассыпалась на миллиард частичек снова и снова. И мечтала, чтобы сегодняшняя ночь никогда не кончалась.
* * *
Обессиленные, мы легли спать днём и проснулись только к вечеру. Тим сходил на кухню и принёс кучу еды. Мы кушали, дурачились и разговаривали. Он рассказал о том, что идёт по следу Колчака, сказал, что не успокоится, пока не убьёт его. Я рассказала о том, что он показывал фото отца и что сделал с матерью. Тим пообещал найти маму и отца, если он жив, я верила ему.