45
Юля
Сознание возвращалось медленно, голова раскалывалась, словно по ней ударили молотком со всей силы. Во рту пересохло, губы потрескались. Я чувствовала адскую боль в руках и ногах. Попыталась пошевелить ими, но ничего не вышло. Медленно, прилагая немыслимые усилия, я открыла глаза. Память тут же подкинула картинки произошедшего. Дыхание сбилось, а по спине поползли мурашки страха. Я вновь дёрнулась и услышала, как звякнула цепь. Я привязана за вытянутые над головой руки к потолку, а пальцы ног едва достают до пола.
— Пришла в себя, — услышала голос майора и дернулась. — Ну-ну, птичка, теперь не улетишь, — мерзко улыбнулся.
Он подошёл ко мне, а я едва не закричала. Настолько безумный у него был вид. Он жаждет крови.
— Зачем?.. — прохрипела сухим горлом.
— Гениальный план, согласись, — полицейский закурил и выпустил струю дыма мне в лицо, от чего я закашлялась, а глаза заслезились. — Я тоже поверил, что Колчак тебя отпустил. Думал, что старик вообще п*зданулся, но он всё продумал. Он показал, что никто не в безопасности, даже дома. Он показал, что на х*ю вертел Абрамовых. Никто не смеет связываться с Германом.
— Гениальность заключается в том, чтобы похитить слабую женщину? Что вы этим доказали?
— Это война, а ты лишь средство достижения цели.
— Какой?
— Нам нужен Тимерлан, тебе же уже говорили. Он придёт за тобой, и тогда мы его схватим, — снисходительно хмыкнул.
— Тогда вы просчитались, — я собрала остатки сил и улыбнулась. — Ему начхать на меня.
Дмитриенко засмеялся, словно я сказала самую смешную шутку.
— Он придёт, Юля, — мужчина взял в руку прядь моих волос. — Он уже разгромил полгорода в поисках тебя. А мы ему поможем, мотивируем.
Я дернула головой, чтобы не смел меня трогать. Мерзкий ублюдок. Он криво улыбнулся, бросил зажжённый окурок к моим ногам и ушёл. Я осталась одна. Я огляделась по сторонам, я находилась в каком-то подвале или ещё где-то, здесь царил полумрак. В углу я заметила камеру, за мной наблюдают. Паника уродливыми щупальцами сжала сердце. Слёзы покатились из глаз. Я хотела быть сильной, правда, но не могла. Меня трясло от страха, от неизвестности. Я прекрасно осознавала, что мне сделают больно, очень больно и всё для того, чтобы Тиму стало хуже. Я лишь пешка в больной игре. Я хотела, желала всем сердцем, чтобы меня спасли. Но… Я не уверена в этом. Да, я Абрамова, но Амирхан не даст моему супругу наделать глупостей. Я не настолько важна. А Тим, он… Он сам говорил, что всегда делает то, что говорит ему старший брат. Наверное, если бы муж меня любил, то стал бы искать. А слова полицейского о том, что ищет, им нет веры.