— Этого ты хотел, да? — выплевываю эти слова. — Наслаждайся шоу.
Тимерлан ухмыляется, а я вожусь с застёжкой. Я стараюсь ни о чём не думать, абстрагироваться, но сквозь туман слышу голос Абрамова.
— Ян — сын одного из самых влиятельных людей страны, а ещё он серийный насильник. Его папочка помог закрыть двадцать официальных дел, ты только представь, сколько их было ещё. Ян у нас любитель развлекаться сам и делиться со своими друзьями. Хочешь знать, сколько было младшей из их жертв? Что они с ней сделали? И сколько девушек покончили жизнь самоубийством после случившегося?
Я замерла. Воздух вырывался из горла сухими хрипами. Каждое слово Тимерлана, как гвоздь под ногти. Я понимала, что он не врёт, говорит правду… Но я не хотела её знать! На одной чаше весов дочь Яна, а на другой — осквернённые жертвы его бесчеловечности. А ведь сегодня к ним могла присоединиться и я. Я старалась не думать об этом, но… Если бы меня изнасиловали, то, скорее всего, я бы очень долго приходила в себя. Мне бы пришлось собирать себя по кусочкам.
— Он врёт, — хрипит Ян. — Не верь ему.
Я вздрагиваю, перевожу взгляд на мужчину. Нервно сглатываю, потому что решение, которое я приняла до этой части рассказа, уже не кажется мне верным… Если я спасу его, он воссоединится с дочерью, но при этом продолжит надругиваться над чужими дочерьми.
— Я не могу… прости… — шепчу я.
Вижу, как из глаз Яна катятся слёзы. Моя душа разрывается от боли. В голове мельтешит маленькая, крошечная мысль, что, если Тим врёт? Почему я так безоговорочно верю ему? Но в глубине души я знаю ответ.
— Прости… — ещё раз шепчу с надрывом и начинаю отползать от Яна, когда он хватает меня за руку.
— Просто отсоси мне, тупая ты шлюха, — взрывается он.
Я не знаю, как он освободил руку, но он тянет меня за кисть, а потом хватает за волосы и наклоняет вниз к своему паху. Я кричу, смотрю на Тима, но тот стоит со скрещёнными на груди руками и просто наблюдает эту картину со стороны. Сердце ухает вниз, я понимаю, что он не поможет мне, пока…
— Плохой, он плохой, — из меня вырываются рыдания.
Как только я произнесла эти слова, хватка на моих волосах пропала, и я отползаю назад, забираюсь в угол комнаты. Закрываю уши руками и зажмуриваю глаза. Я напеваю песню, чтобы ничего не слышать. Нет, нет, нет… Пусть это будет, сон, пожалуйста…. Я только что убила человека… Лишила маленькую девочку отца… Рыдания вырываются из меня, а слёзы катятся по щекам непрекращающимся потоком. Боль такая сильная, что я не могу дышать, с каждым вдохом ломаюсь.
Не знаю, сколько проходит времени. Я пою до тех пор, пока горло не охрипло. Тимерлан поднимает меня на руки и выносит из той комнаты. Ставит на ноги в кабинете. Я тут же отхожу от него. Его руки все в крови. Меня начинает тошнить.