Я похолодела от этой мысли. Мне хотелось с кем-то поговорить, рассказать, но нельзя. Нам даже уехать некуда. Даже если я уговорю мать бросить всё, то просто некуда! Нет ни друзей, ни родственников… Ничего у нас нет. Страшно, очень страшно. Одна ошибка, один неправильный выбор, и жизнь летит под откос…
Быстро приняла душ, потому что в общаге нельзя долго занимать санузел, непозволительная роскошь. Надела чистую одежду и вернулась в комнату, матери так и не было. Я думала позвонить ей, но не смогла. Легла на свою кровать, отвернулась к стенке, подтянула ноги к груди и чувствовала, как тяжесть происходящего давит на меня. Сама не заметила, как провалилась в тревожный сон.
Проснулась от какого-то шума. Голова раскалывалась, а тело занемело от неудобной позы. Я со стоном встала и начала моргать. Увидела маму, которая рылась в моих вещах.
— Мама, что ты делаешь? — спросила хрипло ото сна.
Она не ответила, продолжила рыться в моих вещах.
Я встала с кровати и подошла к ней. На ней была вчерашняя одежда. Мама была красивой женщиной… Раньше. Рыжеволосая, голубоглазая и всегда улыбчивая. Но последнее время от неё осталась лишь тень.
— Что ты делаешь? — повторила я вопрос.
— Мне нужны деньги, — ответила та, не поворачиваясь ко мне.
— Денег нет, я же тебе уже говорила, зарплата в конце недели.
— А мне надо сейчас! — закричала она и уже вовсю выкидывала мои вещи.
— Перестань, — я пыталась отодвинуть её от шкафа. — Хватит!
— Я знаю, что ты воруешь у меня! Отдавай деньги!
— Твои деньги уходят на лекарство, других нет! — я взяла маму за руку и отодвинула от шкафа.
Я почувствовала от неё резкий запах алкоголя.
— Ты что, пила? — спросила, разворачивая её к себе лицом.
Выглядела мать ужасно. Тёмные мешки под глазами, глубокие морщины, сухая кожа.
— Тебе нельзя пить, ты принимаешь… — я не договорила.
Мать ударила меня по лицу! Я была в таком шоке, что даже не почувствовала боли.
— Заткнись, бл*ть! Мне не нужны твои советы и нравоучения! Лучше бы деньги домой принесла, а не воздух сотрясала, работница хренова.
Я дотронулась до щеки, всё ещё пребывая в состоянии шока. Она никогда не позволяла себе распускать руки. Я прекрасно знаю, что у неё проблемы с зависимостью, ей нужна помощь… Но я не думала, что ситуация стала критической.
— Что ты смотришь на меня? — продолжала орать мать. — Нормальная дочь бы нашла выход из ситуации! Ты что, не видишь, что мне больно? Ты обязана мне помогать!
— Я тебе ничего не обязана, — сказала я спокойно. — А если ещё раз посмеешь меня ударить…
— И что ты сделаешь? — родительница скрестила руки на груди и насмешливо смотрела на меня.