Этой улыбкой можно пугать врагов. Я сложил руки на груди и прямо посмотрел на названого брата.
— Никогда. Семья для меня всё, — серьёзно сказал я. — И Юля теперь часть нашей семьи. Если бы ты предупредил, мы бы встретили тебя в более подходящем виде.
— Если бы ты предупредил меня, Тим, — сказал Абрамов, а затем разочарованно покачал головой.
— Если вы не против, мы приведём себя в порядок, — произнёс я.
Прикрывая собой, завёл Ю в спальню. Повернулся к ней и убрал волосы с её лица.
— Возьми телефон, надень наушники и сядь за вешалкой, — отодвинул вещи, чтобы она пролезла. — музыку сделай на всю громкость, пока я тебя не вытащу оттуда, не выходи, поняла? — тихо сказал, чтобы слышала только она.
Девчонка несколько раз моргнула.
— Хорошо, — ответила она.
Юля несколько секунд стояла, смотрела на меня, а затем… Поднялась на носочки и поцеловала меня в щёку. Бл*ть, невинный поцелуй, а я готов был постелить мир у её ног.
— Всё будет нормально? — взволнованно спросила она.
— С тобой всё будет хорошо, Ю, иди, — я подождал, пока она пролезет, и затем навешал сверху вещей.
Я не переживал, что Амирхан что-то сделает ей. Я хотел её… Обезопасить от своего мира. Ещё одно очень странное желание. Защищать. Я надел на себя спортивные штаны и вернулся к брату.
— Твоя жена не присоединится? — саркастично спросил брат.
— А твоя? — спросил я.
Лицо Амирхана превратилось в маску.
— Осторожней, Тимерлан, ты говоришь о моей супруге.
— А ты о моей.
Амирхан расстегнул пиджак и тяжело опустился на стул.
— Какого х*ра ты творишь, брат? Кто эта девчонка? — спросил он.
— Она — моя, — просто ответил.
— Это я уже понял. Но ты бы мог развлекаться с ней на стороне, на кой чёрт жениться на ней? Ты хоть понимаешь, насколько будет зол Юрасов? Я не говорю о твоих тёрках с Колчаком, с ним сам разбирайся, я туда не лезу. Но Юрасов — другой уровень. Он никогда не простит этот плевок в лицо, — брат внимательно посмотрел на меня и добавил, — я тоже.
Я стиснул зубы. Я ведь знал, что так и будет. Я поставил Ю выше интересов брата.
— Ты заявился сюда в мою брачную ночь сказать о том, как ты обижен? — спросил я.
Брат проигнорировал мои едкие слова.
— Ты сейчас выйдешь за эту дверь и пойдёшь аннулируешь брак, а потом позвонишь шлюхе-невесте и будешь умолять о прощении, — произнёс Амирхан.
— Это ты мне приказываешь как брат или глава семьи? — спросил я.
— А ты как хочешь?
— Если как брат, то я скажу тебе идти на х*р и не лезть в мои дела, а если как глава семьи, то приглашаю посмотреть на консумацию брака — кровавые простыни. У нас же так принято, правда?