— Врёт он всё, сучий потрох. Сам чистенький да гладкий, а вам — воюйте, братцы, живот кладите, чтоб русские буржуи поживились за счёт германских. Революцию кто делал? Матросы, солдаты, сознательные рабочие. А пидарас агитирует слушаться министров-капиталистов! Чем они лучше «царя-батюшки»? Тьфу, подонок! Все они — подонки, однозначно.

Рослые матросы, большинству из них Седов был до плеча, максимум — до уха, начали оборачиваться на смутьяна, но только один прикрикнул «дай дослушать, не мельтеши», остальные подхватили: дело говорит товарищ! Немудрено, что уже через несколько минут матросская команда из двух десятков человек двинула к трибуне, Седов оказался внутри бортов живого ледокола, разбрасывающего других слушателей как мелкие льдинки. Вознесённый на трибуну, он дал копоти.

По первое число получили оборонцы, то есть агитаторы за продолжение войны. Народные массы устроит только справедливый мир в интересах русского и германского солдата и матроса, а также городского и сельского пролетария, вопил Седов, пусть буржуи сами берут в руки винтовки и пуляют друг в дружку — хоть до посинения!

Аплодисменты. Как прекратить войну, никто не представлял даже близко, но лозунг «Нет империалистической бойне народов» попал как семя в чернозём и моментально пророс доверием к оратору.

— Анархисты? Они вам нагло врут в лицо! Негодяи! Подонки! Извратили учение основоположника анархизма Петра Кропоткина! Он видел анархию как высшую форму коммунизма, как взаимопомощь ради счастья каждого, чтоб человека не угнетали буржуйские эксплуататоры вроде заседающих во Временном правительстве. А не вседозволенность толпы, погрязшей в беспорядках и в грабежах. Мы, левые социалисты, непременно придём к власти и воплотим лучшие идеалы анархизма в его чистом виде. Однозначно! Кто-нибудь задумывался, как тяжело моряку, вернувшись из похода? Женщина нужна. Так давайте поселим в Кронштадте женщин — чистых, врачами осмотренных, чтоб дарили усладу героическим революционным матросам!

Дальше говорить было сложно, площадь потонула в рёве восторга. Устроить в Кронштадте бесплатный публичный дом не обещал ещё ни один партийный оратор. Этот же давно вывел для себя непобедимое правило:нужно так выступать, что бы слёзы текли и коленки дрожали! И он старался.

— Что есть свобода, товарищи? Это — свобода выбора. Вы лишены её. Мы дадим вам свободу. Кто желает — вернётся на родину в деревню. Или осядет в Петрограде, работу и жильё найдём. А кто не мыслит жизнь без моря, пусть учится офицерской премудрости. Думаете, командовавшие вами господа офицеры умнее, порядочнее? Нет, они просто из богатеньких семей. Новой революционной России нужны офицеры-флотоводцы из вашей среды, товарищи матросы. В социалистической России никто не станет морским офицером, пока не отслужит в матросах!