читать мысли, в конце концов. Я с ног до головы покрываюсь волнительной дрожью. Меня натурально трясёт от нехватки теплоты. Физической и той, что согрела бы мою душу. Его любовь стала бы лучшим согревающим Самому лютому морозу не удалось бы запугать меня. Когда теплая ладонь Заславского касается моей прохладной щеки, я вздрагиваю от приятного ощущения, закрываю глаза и таю. Его чрезвычайная нежность топит ледники страхов, которые губили меня изнутри. За ворот заползает армия мурашек, они атакуют меня, и я сразу сдаюсь. Гера ласково гладит по щеке, а я, как кошка, ответно притираюсь к его ладони. Он аккуратно вытирает мои слезы. Я целую мужское запястье и медленно приподнимаю ресницы. – Девочка моя – мягко хрипит Гера, склонив свой лоб к моему. – Маленькая моя Его ласковые слова рождают волнующую вибрацию в груди. Смотрим неотрывно друг другу в глаза. Особенные импульсы проходят через нас и ускоряют работу сердца. – Не плачь, малышка, – целует он соленую от слез щеку. – Не надо Уголки его губ дергаются вверх. – Я любил бы тебя, даже если бы ты никогда не смогла полюбить меня, – тихо произносит он. Прижимает меня к себе крепко, но бережно, словно я самое ценное, что есть у него. Долгожданные объятия проносят по телу волну мурашечного тепла. Глубоко дышу, забирая его аромат в свои легкие. Он пахнет любовью. Не могу надышаться Гера Загребаю в охапку любимую девочку, она жмется к груди, как замёрзший котёнок. Прикрываю её полами куртки, чтоб согреть и унять дрожь в хрупком теле. Опять ревёт. – Тише-тише – Прижимаюсь губами к её макушке. – Я люблю тебя и не отпущу. Не отдам никому. Слышишь? Всхлипнув, она поднимает на меня блестящий взгляд. – Честно? – Да. – Забираю её лицо в ладони и вытираю большими пальцами скатывающиеся слезы. Радужка зеленых глаз переливается сиянием выстраданного счастья. – Я поверил в то, что ты не любишь меня, – объясняю Лизе. – Поэтому не хотел больше мучить тебя. Уживаться с мыслью, что Лиза никогда не станет моей, было очень сложно, но в противовес задетым чувствам шли доводы рассудка. Быть источником её страданий – неприглядная перспектива. – А вот и люблю, – возражает Лиза. – Еще как люблю. – Я же гад, – улыбаюсь, потому что её признание рождает яркие вспышки внутри. – И все равно любимый, – вздыхает с обожанием Лиза. Мне кажется, я взорвусь от эйфории, которая переполняет грудь. Слышать такие слова от неё – лучшее, о чём мог мечтать. Склонившись, касаюсь кончиком носа её щеки. Лиза пахнет божественно. Вдыхая аромат кожи, приближаюсь