Я понял, как это звучало, в тот момент, когда это прозвучало.Ты нравишься людям . Но было слишком поздно брать свои слова обратно. Кроме того, это была правда. Сэл, моя помощница, заботилась обо всей моей чертовой жизни с вершины одной из башен моего офиса в Сиэтле, где я оставил ее шесть месяцев назад. Куда я должен был вернуться через месяц, с книгой или без книги.

“ Здесь никого не должно было быть, ” сказал я. Это было жалко, и она это знала.

Но, по крайней мере, мои идиотские слова снова разозлили ее, а не напугали.

“Приятель. Твоилюди позвонилимне . Чтобы помочьтебе . И Блейк хороший, поэтому я сказала "да". Очевидно, он унаследовал хорошую личность в семье. Но знаешь что? Забудь об этом. Мне не нужна эта работа. Ни в коем случае.

У меня закружилась голова. “ Ты знаешь моего брата? Это он послал тебя? Я сказала Сэлу ни по какому поводу не связываться с Блейком. Он знал, что я здесь. Черт, он был причиной, по которой я был здесь. Блейк построил для себя счастливую жизнь. Он нашел женщину своей мечты. Послал папу нахуй. Думаю, я хотела насладиться его счастьем по доверенности. Или подсунуть пиявку, или что-то в этом роде. Но Сэл знал, что я хотела контакта только на моих условиях.

Женщина начала громко и усердно бросать какие-то предметы в свой ящик с инструментами. “Я не знаю, как ваши люди нашли меня, и мне все равно”.

Значит, не Блейк. Вероятно, Анита предупредила Сэла, что что-то было не так.

Мне не следовало больше ничего говорить. Я получил то, что хотел — она уходила. Мне следовало просто позволить этому болтливому, швыряющему гаечные ключи фейерверкеру собраться и убраться ко всем чертям, чтобы я мог вернуться к своей гребаной пустой странице в моем унылом офисе в доме у бассейна. Написать проклятый роман, который не собирался писать сам. Роман, который был моим последним шансом доказать ... что, я все еще не был уверен.

За исключением того, что я не мог оторвать взгляда от ее лица. От того, как она сжала челюсти. Напряженные ее щеки и дрожащий подбородок. Это выражение — это было унижение. Я хорошо помнил этот взгляд. Я практически чувствовал его. То, как это обжигало так сильно, что было больно существовать.

- Прекрати, - сказал я.

Она проигнорировала меня. Она почти закончила.

Она бросила инструмент в свою коробку.Лязг.

“ Стой! Я повторил громче.

Она сердито подошла к раковине и потянулась за фонариком, который я положил на столешницу, но, очевидно, была слишком взволнована, чтобы схватить его. Вместо этого она отбросила его в сторону. Он отскочил от мрамора и с грохотом упал на землю.