По правому берегу Тулицы располагался конезавод.

А вот по левому берегу Тулицы… Здесь находилось все самое интересное — сосредотачивалось все мануфактурное производство города.

Источником энергии стал так называемый Андреев пруд, созданный там же, где и разместился в петровские времена Демидов пруд. Тулица, перегороженная плотиной, затопила обширные заболоченные берега. Только, в отличие от поделки Демидова, князь сразу же занялся дноуглубительными работами. На одном берегу цеплял к упору лебедку и тянул за канат утяжеленный нож-брус, что вытаскивал размягченный водой грунт. И так несколько раз. Потом переходили на соседний участок и заносили на плоту нож этого импровизированного грейдера соответственно.

Муторно.

Зато при таком подходе стремительное зарастание и заболачивание пруду не грозило. А людей на все про все требовалось с десяток. Причем исключительно на лето. Да и место для рыбоводства получалось отменное. Ведь после нескольких лет такой «чистки» водоем обретет ощутимую глубину и не станет зимой так сильно промерзать.

Над плотиной, расположенной в черте укрепленного периметра, находился «водяной цех», который за счет отопления в зимнее время позволял не выключать водяное колесо из рабочего оборота круглый год. Впрочем, одним водяным колесом не обошлись. На территории строили четыре каменных ветряка, из которых один был введен уже в эксплуатацию, хоть и нуждался в некоторой достройке. Плюс две дюжины воротов с приводом от волов.

Для Московской Руси тех лет концентрацию энергетической обеспеченности это давало невероятную. Ткацкая мануфактура, которая здесь стояла, этим, правда, не пользовалась. За ненадобностью. Станки были слишком примитивные. Пока, во всяком случае. Посему весь крутящий момент уходил на нужды железоделательного заводика.

Домна, пусть и маленькая, если не крошечная по меркам XXI века[2], нуждалась в том, чтобы нагнетать в нее массу воздуха, что было не так-то и просто сделать. Кузнечный цех использовал тяжелые «водяные молоты» и массу всякого рода воротов, без которых не работали бы простенькие механизированные молоты рангом пожиже. Переделочный цех с пятью пудлинговальными печами Холла не нуждался в особом энергоснабжении. А вот стальному цеху требовался привод мехов, без которых пять купольных печей попросту не работали бы.

Литейный цех, в котором Андрей планировал с горем пополам освоить хоть какое-то, пусть даже самое примитивное чугунное литье, пока еще не возвели. От него имелся лишь фундамент. Токарный и прочие цеха тоже существовали лишь в воображении князя. Да и те, что уже действовали, во многом обладали явными признаками китайского колхоза от дядюшки Мао. Что, впрочем, не мешало этому металлургическому узлу быть самым прогрессивным во всей округе… где-то на пару тысяч километров в радиусе или даже больше. Про перспективность и речи не шло, как и о его ценности для Руси…