— Я тебе кишки выпущу, паскуда одноглазая.

— А давай попробуй, — согласился Блэкбард, — сперва, конечно, с Молдо схлестнуться попробуй, а потом режь Глифа. Ты нам порубленный хорошо пригодишься, Стреендам, думаю, похоронит за счет казны. Как же, последний из сраных Хорне окочурился, флаги спустить, шлюхам рыдать и сморкаться в насисьники. Давай, щенок, иди уже.

— Корабль нужен? — поинтересовался Хорне. — Давай отдам. Золото еще отдам, все, что заплатят. Ньют отпусти и бери Кота.

— А тебя не отпустить? — улыбнулся канонир.

— Ты же не отпустишь, — Хорне качнул тесаком. — Я не глупый, ты знаешь.

— Не отпущу.

— Золото, Блэкбард, тысяча золотых за ее жизнь. Приведу корабль с грузом куда надо, отдам и тогда посмотрим — кто кому кишки выпустит. Ее отпусти.

— Вот заладил, отпусти да отпусти, — фыркнул Глиф, — прикипел к сучке, все готов отдать.

— Тихо! — Блэкбард ухмыльнулся. — Тихо… нам тут договор предлагают, помойным псам, а мы не слушаем. Золото, говоришь?

— Золото. На месте отдам груз и Ньют, получу плату, верну тебе. Два корабля, тысяча «львов», не дешево за девчонку с Жестяного переулка?

— Дешево. — Блэкбард сплюнул. И не затер. — За восемь абисских пушек — дешево, щенок. За сто мер пороха, что нам отсыплют за то корыто — дешево. По сто кругляков на нос, конечно, хорошо. Но, щенок, скажи, сколько мы возьмем с десятью каронадами по весне, а? То-то. Так что, если хочешь выпустить кишки Глифу, не стоит тянуть кота за яйца, начинай. Молдо ждет.

— Дед вам верил.

Блэкбард пожал плечами:

— Да и хер с ним, с твоим дедом. Он подох, туда ему и дорога. А мы живы.

Ньют ударила Глифа, вмазала ему каблуком в голень, откинула голову, впечатав затылок в лицо, рванула нож вместо отобранной сабли-абордажки. В воздухе свистнуло, мягко и влажно чмокнуло, оставив в ее горле деревянный цветок — рукоять ножа, брошенного Блэкбардом.

Ньют всхлипнула, булькнула кровью изо рта и упала, прямо на воющего матом Глифа. А Хорне…

А Хорне вылетел наружу, выбив стекло. Плеснуло ударом об воду. Блэкбард выдал руладу, вскочил, бросившись к дырке, выглянул.

— Фонарь сюда!

На палубе поднялся крик, сверху, на юте, застучали каблуки. Пару раз свистнуло выпущенными арбалетными стрелами, но без толку. Вода плескалась о борта, вода шелестела вокруг, холодная осенняя вода Стального моря.

— Где поганец, мать вашу! — сорвался Блэкбард. — Почему, тюлени ленивые, найти не можете⁈

Они искали, спустив шлюпки и обходя «Кота», мели и даже начавшую заниматься с кормы «Русалку». Хорне-младший отыскиваться не спешил. Всплывший сапог, вот и все, что попало в руки бывшему канониру.