— Ладно, не трусь. Они не кусаются. Буклеты вот полистай. Меню нет, официантов не видно. Значит — фуршет типа самообслуживания. Что тебе принести?
— А что можно, Степа? — усевшись, она моментально скинула обувь, с наслаждением вытянув ноги.
— Вот заладила!
— Так неудобно… Мы же не делегаты съезда. А?
— Главное, не бойся. Что видишь, то и можно, — Беседин развел руками. — А в партию мы после завтрака вступим. Если долг позовет. А пока гуляй, душа!
Не дождавшись конкретного заказа, Степан загрузил поднос колбасками и беконом. Потом зеленью, фаршированными кабачками, помидорами. Вернулся. Сиротского размера пластик много тарелок не умещал, сходил еще раз. Сделав очередную ходку, Беседин понял, что к стойке, скорее всего, придется идти снова. Незарегистрированный «делегат» Саша Черных гуляла по полной программе, хрустя тонкими колбасками, словно семечками, поглощая одну за другой. Остальные блюда вниманием при этом не обделяла.
— Овсянка, мэм?
— Какая овсянка, Степа! Посмотри, что в этой гостинице есть, — девчонка раскрыла красочный буклет, не прерывая процесс дегустации, поэтому цитата прозвучала невнятно: — «Предлагаем романтический пакет. Ваш номер украсят свечами и лепестками роз, а продолжить отдых Вы сможете с бутылкой шампанского и вкусным десертом». Представляешь⁈
— Еще как представляю… Классный пакет, дайте две! Хотя вряд ли это всем прохожим можно, наверняка только членам партии. Где тут райком, я таки хочу записаться. Немедленно! А может, тебе, как приглашенной особе, разрешат снять номер?
— Я воздержусь, — прыснув, заявила девчонка. — От всех вариантов. Потому как политически безграмотная. К тому же иммигрантка. И, если кто заметил, так еще нелегальная. Лицо без определенного места жительства, как ни крути!
Грусти на этом лице не наблюдалось, скорее наоборот.
— Чай будешь? — спросил он, пробуя бутерброд с семгой.
— Как у тебя, из пакетика?
— Нормальный чай!
— Не… Сок здесь есть?
— И сок есть, и фрукты. Чего принести?
Конечно, Саша не отказалась от фруктов. В дополнение к соку, ясное дело. Чтобы не бегать сто раз, Степан навалил полный поднос, все что было. Он запомнил рассказ девчонки о том мире, где жители напрочь забыли африканские фрукты. Бананы лишь не взял, этого добра она, слава богу, по дороге уже наелась. Выбор и так был неплох: киви, дыня, ананас, персик, апельсин… Еще что-то непонятное, поскольку представленные дары заграничной природы были порезаны дольками и квадратами.
Пока, прихватив бутерброд, он занимался соком, банкетный зал наполнился под завязку разряженными делегатами. А за их столом, потеснив Сашу, вкушали завтрак двое грузин. Оба-двое таких слегка небритых, усатых, натуральных лиц кавказской национальности. Только кепок аэродромного вида не хватало. И Саша говорила с ними быстро и непонятно. Пулеметно, скорее всего, по-итальянски. Они так же, темпераментно жестикулируя, отвечали.