Давно это было. С тех пор за виртуальные сто метров на седьмом этаже он регулярно отдавал реальные деньги, наблюдая угасающий эффект от вливаний. Года через полтора, гордо выдув три этажа, домик притих устало. Потом вяло взялся за четвертый но, окончательно утомившись, так и заснул летаргическим сном. Строители потерялись на других объектах. Замерзшую стройку постепенно окружили новые дома, кипевшие жизнью. А у Степана начался интересный период в жизни: собрания вкладчиков, скандалы с застройщиком, и усвоение массы тонкостей российского законодательства.
Однажды они с Петькой Груздевым, хорошо поддатые, подкараулили строительного начальника. Намяли ему бока, конечно, а потом Груздев спросил: были ли у них на стройке несчастные случаи. И табельный пистолет достал. Струхнувший начальник обреченно тряс тремя подбородками, уверяя в скорейшем завершении строительства. Порывался достать бумаги из портфеля… Заплакал, в конце концов. Потом он отчетливо пукнул, со всеми вытекающими. Короче, от расстрела отговорил.
В результате допинга стройка оживилась. А Груздев во внеочередной раз сбежал на Кавказ, подальше от командирского гнева.
Проблема новой квартиры помельчала после развода с Оксаной, потеряла актуальность. Однако отступать уже было поздно, борьба за ордер шла ради процесса. Да и надоел до чертиков этот насос по выкачиванию денег. Злосчастный дом, в конце концов, достроился. Но сдать его в эксплуатацию строители никак не могли, что-то там застопорилось на этапе оформления бумаг.
Многие жильцы, не дожидаясь реакции бюрократов, приступили к доводке стройварианта. Втихаря, конечно, и Степан был в первых рядах. А чего тянуть? Получил ключи, прикинул смету, нанял людей. Работа закипела, бригада армянских шабашников трудилась в поте лица, не покладая рук.
Первоначальный график, конечно, был сорван и, конечно, причин было полно. Смету пришлось пересматривать, потом еще раз. История строительства дома повторялась в более мелком масштабе, за одним лишь исключением — винить, кроме себя, было некого. Степан лично вникал во все детали, непосредственно руководил процессом, однако это ему только казалось. Процесс жил своей жизнью и по своим правилам.
Он не платил авансов и выдавал зарплату в конце месяца строго по факту выполненных объемов. Он вел строгий учет, но каждый раз ушлый бригадир находил причину для дополнительных расходов. То материалов не хватило, то переделывали чего-то по прихоти хозяина, то вдруг возникали реальные незапланированные работы…
Стройка, одним словом. Черная дыра.