— Дней десять.
— Костя, да ты что⁈ Так не пойдет, — Беседин возмущенно махнул рукой. — Вы меня совсем разорите с вашим санаторием! Надо быстренько, за пару дней, придумать что-нибудь.
Доктор на это ответил безапелляционным тоном:
— Вот уж нет, Степа! Интенсивная терапия с реанимацией за два дня не бывает.
— А если очень интенсивно? — Беседин потер руками два пальца, изображая характерный жест.
Подобную стимуляцию он считал делом обычным, благодарностью за помощь. Взятками в его понимании было несколько другое — плата тем, кто не мешает работать. Помощи от чиновников ждать глупо, скорее горный рак свистнет в ухо. За счастье идет ситуация, где не вставляют палки в колеса.
— Очень интенсивно? — задумался доктор. — Тогда нам на лечение всей фигни нужна неделя. Это минимум. Поэтому не возникай! И давай, чеши в процедурную, посмотрим твои болячки. А потом сразу домой, посещений сегодня не будет!
В палату Степан зашел только для того, чтобы оставить пакеты. Раскрыл холодильник, и услышал тихое:
— Привет!
Девчонка разглядывала его единственным глазом. Темно-карий, почти черный, он светился интересом. Пол-лица закрывала повязка, из ноздрей торчали тампоны.
— Привет, — хмыкнул Степан.
— Спасибо, что не сдал, —она улыбалась еле заметно. Голос заметно гундосил. — Четко ыручил. Никому не говорил?
— Будучи при памяти, наши люди такое не рассказывают. Упекут ведь в рубаху! — Степан захлопнул дверцу. — Пока нет внятных объяснений, лучше помалкивать, однако.
— Это хорошо, — кивнула она. — Можешь принести мне пистолет?
— Кстати о пистолете, — обернулся Степан. — Откуда у тебя такой раритет, «Макаров» 1977 года издания?
— Трофейный ствол. Вполне еще рабочий, — сообщила девчонка. И добавила: — Оружие, захваченное в бою, считается законной добычей! Принесешь?
— Хм… А зачем? Интересно, от кого ты в больнице отстреливаться будешь, Рэмбо⁈ — усмехнулся Степан. — Нет, ребята, пулемета я вам не дам!
— Воин не знает, когда оружие понадобится, воин всегда с оружием, — насупилась она. — У меня еще тросточка была.
— А это еще один вопрос по раритетам. Откуда такая красота?
— При чем здесь красота, — буркнула она. — Это фактор внезапности в бою…
— Ах вот оно как! Круговая оборона больницы, фехтование в палате, фактор внезапности, — Степан не скрывал сарказма. — Да у нас в самом деле серьезная травма головы!
— Что, и ножики не отдашь⁈
— Ну зачем тебе это, послушай? Яблоки резать боевым ножом? Апельсины чистить? — ответа Степан не дождался. — Или считаешь, что когда воин в походе, он ни о чем не думает, кроме войны? Ишь ты, блюститель заветов самураев.