Шагал он тяжело, на руках у него было безжизненное тело девушки.

— Ох ты, божечки, кого это ты принёс⁈ — всплеснула руками Маришка. — Она что, пьяная?

— Сама ты пьяная! В лесу нашёл!

— Случилось чего-то с ней?

— Глаза разуй, женщина! Видишь — синяки, царапины! Ясен пень — случилось.

— Полицию надо звать!

— Сначала жизнь ей спасти надо, отогреть, — сказал Михалыч. — Потом уже всё остальное.

— Ну, тогда я в скорую позвоню, — забеспокоилась Маришка, метнувшись к телефону.

— Не надо скорую… не надо полицию… — прохрипел слабый голос. Девушка пришла в себя и пробормотала уже отчётливее: — Прошу вас, пожалуйста, не надо… Они меня заберут. Меня найдут. Меня убьют. Поверьте… не надо…

— Ох ты, кто ж ты такая будешь-то, — охала Маришка, присаживаясь рядом.

— Меня зовут… меня зовут Олеся, — еле слышно произнесла девушка. — Я журналистка… за мной охотятся… пожалуйста… помогите. Только не звоните никому.

— Сейчас, сейчас, — приговаривала Маришка, уже доставая одеяла. — Главное — не дать холоду до нутра добраться. Если нутро остынет, то всё… смерть.

— Убери одеяла, — проворчал Михалыч. — Она и так как ледышка. Растирать надо.

— Ну, у нас тепло, — закивала хозяйка. — Сейчас в баньку тебя свожу, отогреем.

— Спасибо… — пролепетала Олеся и снова прикрыла глаза.

Сил на разговоры больше не было.

* * *

— Вот скажи мне, Шамилька! — ревел мэр, сотрясая воздух своего кабинета. — Как так вышло, что баба тебе накостыляла и съ*балась⁈ Тебе нихера доверить нельзя! Ты как старая беззубая лошадь — уже не тянешь! Посмотри на себя! На кого ты стал похож? Ты жалок!

Шамиль стоял, опустив глаза в пол. Опухшая после удара коленом челюсть, фингал от Шульгина — он и вправду был похож на побитого пса и так же не поднимал головы.

— Где она, Шамиль⁈ — продолжал мэр, срываясь на крик. — Где эта сучка⁈ Ты представляешь, что будет, если она напишет заяву⁈ Если она вернется…

— У нас всё схвачено с ментами, — пробормотал Шамиль. — Круглов в курсе, он же ваш друг. Там повесили на нее угон и…

— Да похуй, — оборвал его Быков. — Круглов — всего лишь начальник ОВД! А есть ещё и главк, и прокуратура, и Следственный комитет, мать их! Что, думаешь, весь закон в руках у Круглова⁈ Нет, бл*дь! Закон — вот где у меня! — он сжал кулак, махнул им, так что ногти впились в ладонь. — Вот где!

— Тем более, — кивнул Мамедов.

— А почему ты её не убил сразу⁈ — сузил глаза Быков. — Нахера ты её развязал вообще⁈ А?

— Это моё дело… моя ошибка, — упрямо проговорил Шамиль. — Не хотел, чтобы умирала, как…

— Чо тут ещё — твоё дело⁈ — заорал Быков. — Твоё это дело сейчас мне карьеру, сука, похоронит! Ты слышал, что эти журналисты раздули⁈ В новостях? Что Маркова якобы была моей любовницей! Всё, хана выборам! Эх… вот знал, что не надо на баб полагаться, тем более на молодых и смазливых… Щас заяву накатает, как пить дать.