Пётр развёл руками и сказал, мол, странное дело, мужики, обугливание настолько сильное, что не знаю, будет ли вообще толк по результатам ДНК-экспертизы, её сейчас делают в области.

— В таких условиях так человек не обгорает, — продолжил он. — Понятно, машина легковая, там обивка, пластик, всё горючее, плюс, если даже учесть, что бак был полный, — допустим… Но ведь всё равно всё выглядит так, будто в крематории его жгли.

— Может, ещё какую-то горючку туда подбросили, — предположил я, — Ну там, пару канистрочек сверху.

— Было такое предположение, — сказал Пётр, — но по нему какой-то нездоровый движ начался, поэтому труп просили быстро взять в работу, срочно, все экспертизы тоже назначили в область: и химикам, и пожаротехникам. Меня заключение тоже быстро попросили выдать. А я с бухты-барахты не могу. Я созванивался в области с экспертами, переговорил, чтобы вписать их результаты в свое заключение. Вот как раз они и сказали, что следов горючего вещества, бензина там или солярки, не обнаружено.

— Ха! — воскликнул Шульгин. — Так если всё сгорело, какие там могут быть горючие вещества? На то они и горючие, чтобы сгорать.

— Нет, — заверил судмедэксперт. — При сгорании горючих веществ образуются продукты их распада, которые сохраняются в золе. С криминалистической точки зрения это — пожарный мусор, образцы которого были изъяты из разных мест, и нигде не обнаружены остаточные продукты их горения. Зато были обнаружены продукты горения жира. Жир может дать такую высокую температуру горения, и, скорее всего, это причина того, что тело так обуглилось.

— Ну понятно, — сказал Шульгин. — А предполагаемый потерпевший был немалых размеров, жира у него хватало.

— В том-то и странность, — сказал Пётр, нахмурившись. — Тут небольшая нестыковочка по химическому составу.

Мы оба озадаченно на него глянули, мол, какой уж там состав, ну покушать любил человек.

— Это не человеческий жир, — вдруг выдал судмед.

— Как это? — опешили мы с Колей. — И вы это можете определить?

— В данном случае мы имеем лишь косвенные признаки, — сказал судмедэксперт. — При термическом воздействии человеческие жировые ткани дают специфические продукты горения. У них выше содержание влаги и ниже доля насыщенных жирных кислот, чем у животных. Соответственно, спектр сгорания и состав остаточных соединений отличается. Продукты распада у человека более летучие, а у животного — наоборот, более устойчивые и тяжёлые. Поэтому при химическом анализе золы по структуре и спектру соединений можно определить, принадлежали ли они человеческим или животным тканям.