Проблему пришлось решать радикально. Отдал команду на извлечение искина ремонтного комплекса, подтверждая свои действия кодом административного доступа. Серв безжизненно замер, а на его спине раскрылся защитный кожух, обнажив светящийся кристалл искина ремонтного комплекса.
Чистка электронных Авгиевых конюшен, вышелушивание крупиц исходных боевых программ среди накопленного его мозгами за века программного дерьма, отняло у меня еще несколько часов драгоценного времени, что, словно золотой песок, утекало сквозь пальцы. Интуиция стучала набатом, предупреждая о нависшей надо мной грандиозной заднице и любое промедление бесило. Напряжение последних дней сказывалось и нервы стали совсем ни к черту.
Тест систем завершился и передо мной развернулось изображение с камер внешнего наблюдения, усыпанное по периметру элементами боевого интерфейса. Индикатор емкости силового поля светился приятным зеленным цветом и выдавал сто процентов. С боезапасом все сложнее. Если боекомплект скорострелок забит на сто процентов, металлические болванки штамповались производственным комплексом в широкой номенклатуре: бронебойные с сердечником из высокопрочного сплава, трассирующе-зажигательных и фугасных с начинкой из нестабильного диаминоазоксифуразана. Подобная взрывчатка была разработана еще в СССР, но из-за сложности производства она не получила широкого распространения, не смотря на впечатляющую мощность. Здесь же в Содружестве она использовалась повсеместно из-за относительной дешевизны производства.
С ракетами было все плохо. Их в наличии имелось всего две и надежность данных боеприпасов вызывала сильные сомнения, не смотря на пройденное тестирование, но как аргумент последнего шанса, почему бы и нет. В штатной комплектации тарантул имел еще и среднее плазменное орудие, но на данной машине оно было демонтировано вместе генератором и накопительными емкостями для рабочего тела.
Еще раз пробежался по индикаторам. Вроде все в порядке. В душе появилось чувство предвкушения чуда. Что-то подобное я чувствовал, когда впервые заводил подаренный отцом бэушный японский скутер.
— Ну, с богом! ПОЕХАЛИ!
Опорные манипуляторы машины пришли в движение, меняя положение корпуса в пространстве. Расположенные над пилотским ложементом уши-сенсоры, лежавшие до этого мгновения вдоль корпуса во избежание повреждения при транспортировке, приняли вертикальное положение, прощупывая окружающее пространство в десятке диапазонов. В тоже мгновение по ушам ударил сигнал тревоги, и на мини карте отразились десятки красных точек.