— Когда это вы мне мешали, Барон? — наконец на губах Фостера появилась знакомая лисья улыбка. — Смотрю, и Академик с вами.

— А ты что тут делаешь? — спросил Иван, удивленно глядя на Оксану. В отличие от Лескова он всегда спрашивал напрямую.

— То же самое могу спросить и у тебя, — девушка не нашлась, что ответить, поэтому решила задать встречный вопрос, чтобы успеть собраться с мыслями.

— Хотел спросить, зачем Лунатик ходит к моей дочери во сне… Она же и так навещает его днем.

— Навещает, но ему этого мало, — усмехнулся Фостер. — Ей сложно говорить на английском, ему трудно говорить в принципе. А во сне они запросто общаются по- русски и даже вместе катались на лошадях в Подмосковье. Там, куда вас возил Барон… Зимний лес… Припоминаете?

— Я не хочу давить на этого ребенка, но ему следует беречь силы, — Дмитрий наконец отвел взгляд от Оксаны и обратился к Фостеру. — Поговорите с ним, пожалуйста, еще раз, Эрик. Он уже в открытую поругался с Альбертом, но вас, думаю, все же послушает.

— А вы внушите ему, — осклабился Эрик. — Относитесь к нему так же, как относились американцы, и он быстро поймет, кто здесь главный… Не хотите? Ну тогда смиритесь, что он — ребенок, Барон. Ребенок, а не боевая единица. Пацан, которому хочется нормальной жизни. Меня радует уже то, что вы поставили ему в комнату телевизор… Правда, в этом тоже есть свои недостатки — теперь он будет пытаться во сне отобразить историю фильма и путешествовать там… Особенно «Зорро» — это была плохая идея.

Разговор полностью переключился на Адэна, и в этот момент Оксана попыталась тихонько прошмыгнуть мимо Лескова и поскорее покинуть ненавистную комнату. Но, едва девушка приблизилась к двери, Дима окликнул ее.

— Подожди меня, пожалуйста, — попросил он. — Поговорим.

Наверное, все-таки стоило с ней в последний раз объясниться. Слухи о том, в каком состоянии находится Оксана все это утро, дошли и до него, и теперь мужчина чувствовал себя несколько виноватым. Но с другой стороны он испытывал досаду: столько раз говорить ей, что между ними ничего нет, чтобы в итоге получить то, что получилось.

— Подождать? — внезапно в голосе Оксаны послышались непривычные злые нотки. Ее глаза гневно сверкнули. — По-моему, я достаточно тебя ждала. С меня довольно! Да и разговаривать нам уже давно не о чем.

С этими словами девушка поспешно покинула комнату. Вся злость, которая накопилась в ней за последние сутки выплеснулась именно на Лескова, и Оксана почувствовала себя немного лучше. В эту минуту ей показалось, что Диму она ненавидит даже больше чем Фостера, но почему-то на всякий случай замедлила шаг, надеясь, что Лесков бросится ее догонять, чтобы вымолить у нее прощение. Но даже сейчас Дмитрий не изменял своему характеру.