Эрика потянулась было к блокноту, но Дмитрий мягко перехватил ее руку. Девушка оборвалась на полуфразе, после чего виновато посмотрела на него.

— Я говорила тебе, что сыворотка опасна, но ты и слушать не хотел. Ты никогда никого не слушаешь, лесков! Если бы ты хотя бы на минуту…

Воронцова снова не договорила, но теперь уже потому, что Дмитрий притянул ее к себе и обнял. Он слишком соскучился по ней, чтобы сейчас обсуждать чертов «эпинефрин» и уж тем более гадать, кто виноват в случившемся. Словно прочитав его мысли, девушка прильнула к нему, обнимая в ответ. Уткнувшись лицом в его плечо, она закрыла глаза, чувствуя, что впервые за эти четыре дня ей настолько трудно сдерживать слезы. Его тепло согревало, убаюкивало, дарило давно забытое ощущение покоя.

— Прости, что не смогла разработать качественный препарат, — прошептала она, на что Дмитрий молча поцеловал ее в щеку, а затем в губы.

— Забудь про него. Тебе, правда, нужно поспать.

— Мне надо закончить…

— Потом закончишь. Идем, я провожу тебя.

— Будешь укладывать меня, как маленького ребенка? — Эрика удивленно вскинула брови.

— А что мне еще остается? Я должен беречь своих специалистов.

— Да уж, такой «специалист», — Воронцова устало вздохнула, однако подчинилась, когда Дмитрий, взяв ее за руку, потянул по направлению к выходу. Спорить с ним больше не хотелось. Они поднялись на второй этаж и, уже у двери, ведущей в комнату Эрики, Дмитрий снова поцеловал ее. Эрика ответила на поцелуй, словно забыв о том, что в коридоре ведется видеонаблюдение. Хотя в данный момент им обоим уже было наплевать, что про них узнают.

— Я зайду к тебе вечером, когда буду уверен, что ты по-настоящему выспалась, — произнес Дмитрий, на миг оторвавшись от ее губ.

— Я бы предпочла заснуть в твоих объятиях. Только так я могу быть уверена, что ты не попадешь в очередную историю, — с улыбкой ответила девушка. — К тому же ты сам обещал уложить меня спать.

Подобное поведение Воронцовой стало для Лескова неожиданностью. Не потому, что она была непривычно ласковой, а потому, что в ее голосе больше не слышалось сомнений. Последние четверо суток стали для девушки чем-то вроде кошмара. Она постоянно винила себя в том, что именно из-за нее Дмитрий снова оказался на больничной койке, и жалела, что прежде сама портила с ним отношения. Девушка думала о том, сколько времени было потрачено на их бессмысленные ссоры, и, главное, сколько времени у них еще осталось. В любой момент Альберт мог сообщить ей, что сердце Дмитрия остановилось. Но сейчас Лесков стоял перед ней, и Эрика больше не собиралась совершать прежнюю ошибку. Она больше не будет притворяться и играть какие-то никому не нужные роли…