— Мне безразлично, что там считают, — ледяным тоном произнес Дмитрий. — Мы уже потеряли одну станцию из-за халатности. Хватит. И терять толковых солдат я тоже больше не намерен. Если Полковнику так хочется спасать людей, я устрою ему прогулку на поверхность.

— Дима, ты сейчас говоришь об отце женщины, с которой спишь, — мягко напомнил ему Альберт. — Я понимаю, что вы ненавидите друг друга, но пожалей хотя бы Эрику. У нее и так брат инвалидом остался. Лучше успокойся и навести ее, она, определенно, по тебе скучает.

— Она тебе что-то говорила? — губы Дмитрия внезапно тронула тень улыбки, и Вайнштейн не удержался, чтобы не улыбнуться в ответ. Не на вопрос Лескова, а скорее на его резко изменившуюся энергетику — она сделалась заметно теплее.

— Воронцову можно пытать, она ничего не расскажет, но ее энергетика похожа на твою. Которая именно сейчас.

Улыбка Альберта сделалась веселее, но теперь уже от того, что Дмитрий, который славился умением сдерживать свои эмоции, немного смутился.

— Ладно, я вообще-то хотел поговорить про Адэна, — чувствуя себя не в своей тарелке, Лесков решил перевести тему. Благо, услышав это имя, Альберт тоже сделался серьезным.

— Мальчик слишком сильно истощен, чтобы сейчас заставлять его активировать телепорт и уж тем более искать других «полукровок».

— Прошло уже две недели, — начал было Лесков, но Альберт решительно прервал его:

— Нужно время! Энергетика Адэна слабее чем его пульс. Я удивлен, что «эпинефрин» не убил его.

— Возможно, этот мальчик сильнее, чем кажется? Он говорил, что спокойно выдерживал по трое суток без системы?

— Но он не тратил столько сил за один раз. Все это время его держали в коме, подрывая его силы, как могли. И он смог разрушить действие препаратов и к тому же сумел обмануть ученых. И активировать телепорт! Дважды!

Лесков устало вздохнул:

— Думаешь, я этого не понимаю? Я в его возрасте только открыл свои способности, а его с рождения держат в лаборатории… Кстати, ты не спрашивал Адэна, почему его оставили в живых?

— Он не знает. Сказал только, что его «случаем» занимался сам основатель лаборатории, Корнелиус Адлер. Его имя широко известно в научных кругах.

— Не только в научных. Он один из самых богатых людей на планете, его кандидатуру Совет Тринадцати даже не рассматривал. Сразу приняли на Золотой Континент.

— Что же такого особенного в этом мальчике?

Вайнштейн пожал плечами:

— Его энергетика кажется мне совершенно обычной. Я не чувствую в нем какой- то скрытой силы. Возможно, «процветающие» все-таки захотели сохранить для себя одну живую особь из вида «блуждащих».