Сегодняшнее задание, казалось Степану простым. Подумаешь, убить какого-то зазнавшегося паренька-отступника. Когда Селихов защитился от его магии своей одеждой, которая приняла форму одержимой вещи, у Степана мурашки побежали по спине.
Он видел Селихова и сейчас. Тот ехал следом, ловко лавировал в потоке и защищался от пуль гребаным одержимым пальто! Он в жизни не мог представить, что одержимость можно контролировать. И теперь видел это собственными глазами.
— Ща я его! — Крикнул худой бандит, в нелепой, закатанной выше ушей, шапке (Степан не знал его), и высунулся в окно с пистолетом-пулеметом наперевес. Он открыл огонь по Селихову. Справа затрещала очередь. Горячие гильзы полетели в салон.
Тогда Степан увидел, как магический плащ Селихова, прикрывающий мотоцикл с фронта, раскрылся. Степан невольно стал рассматривать парня. Суровое, вырожение лица Селихова заставило Степана поёжиться. Глаза отступника пылали решимостью.
Селихов вскинул руку. Степан увидел, что в ладони зажат одержимый пистолет. Ствол раскрыл зубастую пасть, вывалил длинный розовый язык. Из пасти вырвался сгусток света, тут же угодил в высунувшегося бандоса. Он вскрикнул, ввалился в салон, упал на колени Степану. Внезапно завоняло мочой.
Только теперь Степан понял, что у них начались настоящие проблемы.
Глава 18. Лишняя слава
Бандит высунулся из окна заднего пассажирского сидения седана. Вскинул короткоствольный пистолет-пулемет. Дал очередь. Оружие дернулось в его руках. Пули просвистели, захлопали о защитный покров ифритного плаща. Я даже не пригнулся.
Оглянулся. Пули щелкали по чужим машинам, задевали прохожих. Люди падали на тротуар.
— Ну ладно, — я посмотрел на стрелка сквозь смотровое пространство, что оставил плащ, — теперь моя очередь.
Я встряхнул рукой. Часы блеснули магией, из них мне в ладонь вывалился ифритный пистолет страха. Он тут же принял вид одержимой вещи, хищно раскрыл пасть и уставился на меня.
— Фас, — шутливо сказал я пистолету и вскинул руку.
Покров тут же расступился. Стрелок изменился в лице. Я нажал на спуск. Хлопнуло так ярко, что в глазах остались блики. Сгусток белого света угодил в бандоса. Он тут же ввалился внутрь машины.
Через несколько мгновений, автамобиль запетлял. Засвистели, задымились шины. Кузов машины накренился вбок, и она ушла вправо. Я, перевалившись на мотоцикле в сторону, также ушел в поворот, а потом дал газу.
Нагнать их на мотоцикле не составляло труда. Проблема была в потоке, который не давал мне разобраться с машиной. Нужно как-то вытеснить бандосов с оживленной улицы, и тогда я смогу разворотить их тачку.