— Да над чем? — удивилась девушка.

— Узнаешь.

— Это… Так странно, — Нина снова принялась крутить нитки, — словно урок труда в школе.

Эх, Нина. Таких уроков труда ты еще не видела. Если все пойдет по плану, один браслетик окупит тебе новую машину.

Вместе мы наплели не меньше трех десятков браслетов. Могли бы больше, но кончились манетки.

— На цокольном этаже отцовская мастерская, Рома, — проговорила Нина, — там немного не убрано. Сам понимаешь, туда никто почти не спускается.

— А чем занимался твой отец? — заинтересовался я

— Вырезал по дереву. Делал мебель, — девушка пожала плечами, — вот такое вот у старого солдата было хобби, после службы в чистильщиках.

— Ты многое знала о его службе?

— Почти ничего, — Нина задумчиво тронула подбородок, — я мало с ним общалась. Училась на факультете госуправления. Он верил, что его карьера поможет пробить мне дорогу в лучшую жизнь. Но родам-отступникам слишком многое не позволено. Вот я и работаю менеджером в кафе.

Я с улыбкой посмотрел на Нину.

— Ой, не то чтобы мне не нравится работать у тебя в кафе, — смутилась она, — просто…

— Все хорошо, Нин, — я встал, собрал все браслетики, — нормально, что ты хочешь большего. Все хотят.

— Ром?

— Да.

— Что с тобой случилось? Ты стал другим. Не тем что раньше. Говоришь иначе. Слова, интонации, тон, манера, в конце концов. Даже голос, будто стал ниже. Что с тобой?

— Если я скажу. что не знаю, — солгал я, — это тебя успокоит?

— Таким… — девушка замялась, опустила глаза, — ты нравишься мне гораздо больше.

Я не ответил, собрался уходить.

— Не ходи один!

— Ммм? — я обернулся, посмотрел на Нину. Она сидела на диване, по-женски поджав ноги.

— Давай я с тобой пойду? Давай возьмем Марка? Но не ходи к Лунару один. Он настоящий бандос.

— Нин! — из кухни донесся голос Кати, — Нин, я не могу достать печенье с верхней полки!

— Помоги Кате, — проговорил я, — а я справлюсь.

— У нас дресс-код! Все мужчин — только в пиджаках!

Я холодно посмотрел на здорового лысого охранника. Закатил рукав пальто, показал ему перечеркнутую корону на запястье.

— Ой! Вы из детей боярских, — лысый изменился в лице, его крупный нос покраснел, маленькие глазки забегали, — прошу прощения, господин. К нам обычно не ходят дворяне. Подождите секунду.

Он шепнул что-то своему коллеге, еще более здоровому и еще более лысому охраннику и исчез в дверях клуба.

Заведение “Лунная дорожка” располагалось в северном микрорайоне города. Жили здесь лишь простолюдины, и увидеть аристократа в таком месте — редкость. От того никому даже и в голову не могло прийти, что я из дворян. Зараза… Как Роман забрался в такую дыру?