— Это я, Элла Александровна. Пришел поговорить.

— Рома? — нахальный раньше, теперь голос женщины звучал мягко и виновато, — прошу, заходи.

Женщина, помятая и заплаканная, выглядело очень жалко. Она, ссутулившись и опустив полные плечи, понуро сидела на своей пышно убранной кровати.

Я вошел, беззлобно посмотрел на нее. Потом взял простой деревянный стул, поставил спинкой вперед, сел верхом.

— Как вы?

— Уже лучше, спасибо, — странно тонким голосом проговорила женщина.

— Скажите Элла Андреевна, — начал я, — ведь Нина говорила вам не водить Катю на улицу. Почему повели?

— Я… я… — всхлипнула она.

— Успокойтесь. Я вас не убивать пришел. А поговорить.

— Просто… Не поверила я ей, — женщина опустила голову, — думала, что это все бред и глупости… Разве может кто-то напасть на дворянку, посреди бела дня?

Д-а-а-а-а… У меня сложилось впечатление, что женщина совершенно не знала того мира, в котором она живет. Кажется, мама Нины всю жизнь прожила в каких-то тепличных условиях. Никогда не слышала, о грызне между аристократами. И ее жизнь состояла исключительно из светских раутов и балов.

Кажется, в молодости Элла Александровна была из тех женщин, которых мужчины держат рядом, как свое украшение. Учитывая внешность Нины, легко можно было поверит в то, что и эта женщина когда-то блистала красотой.

— Как вы убедились, это не глупости. Мы — Селиховы. И для нас наступили не лучшие времена. Мой род хотят полностью уничтожить. Пока я не разделаюсь с врагами, мы будем оставаться в опасности. Это ясно?

— Да, — кивнула она.

— Прекрасно. Да и то, что мы находимся здесь, подвергает ваш дом опасности. Благо, враги не прознали, где именно мы живем. Но более безопасного места для девочки пока нет. Так что, не высовывайтесь. Будьте тише воды, ниже травы. Когда я разделаюсь с нашими врагами, мы переедем в родовой особняк.

Но перед этим нужно было заняться его ремонтом. И деньги у меня теперь были. Те сто пятьдесят тысяч, что я отдал Нине, это лишь небольшая часть всего того, что я выручил у бывшей банды Лунара. Денег мне хватит и на ремонт, и на то, чтобы разобраться с долгами. Да и останется прилично.

— Простите меня, Роман, — грустно опустила глаза женщина, — мне очень стыдно за мое поведение… понимаете, я совсем расклеилась, когда муж умер. Он был для меня всем…

— Понимаю, — кивнул я, — характер имеет свойство портиться, когда проходишь через испытания. Но больше не делайте глупостей.

Я встал, поставил стул на место.

— Стойте, — женщина тоже поднялась. Она казалась мне очень помятой и скукожившейся, — я так виновата. Как подумаю, что с Катей или вами, могла что-то случиться…