— Для начала, при случае, ты этим заниматься и будешь. А Настьку бери, мне не жалко.

Вот я тоже молодец. Нет бы сначала подумать, что треплю-то. Но голова в тот момент была занята совсем другим.

По дорожке прошуршали лёгкие шаги, в беседку заглянула Стешка:

— Дмитрий Михалыч! Деда спрашивает: чаю перед сном попьём? Он самовар согрел. Там конфеты остались. Шоколадные!

— Можно и чай.

Всё равно про Салтыковых вспомнил, так снова разозлился, весь сон прошёл.

— Ага, — Стешка оглянулась, — а дяденьки оба ушли? Я видела, один пришёл, а потом ещё один появился, а в ворота только первый вышел.

Вот секретный соглядатель!

Кузьма тихонько захихикал во внутреннем плане. «Кончай ржать! — притормозил его я. — Чё уж. Знакомиться пойдём». А вслух сказал:

— Один, Стеша, остался. Скажи деде, пусть четыре прибора поставит, мы сейчас придём.

— А он что — невидимый? — с восторженным ужасом спросила Стешка.

— Почти.

— Ладно! Я мигом!

Она унеслась в домик, а я предупредил Кузьму:

— Давай, в солидном виде. И прилично чтоб себя вёл!

— Ради шоколадных конфет я готов, — засмеялся Кузя, проявляясь.

— Вот ты балабол. Пошли уж…

ДЕНЬ ВТОРОЙ. НАДЕЯТЬСЯ НА РУТИНУ БЫЛО НАИВНО…

Первая пара не принесла никаких новостей. Очень подробная лекция про основы стихийной магии — читала, для разнообразия, дамочка. Снова много картинок и-и-и… очень размытое обещание, что вот входящий теоретический блок закончится, и вот тогда-а-а группу поведут осваивать практику. А пока от самостоятельной проработки упражнений настоятельно просили воздержаться — тем более что журнал по технике безопасности ещё не подписывали (что???). В крайнем случае, только под присмотром репетиторов. Кстати, желающие получить индивидуальные дополнительные занятия могут посмотреть телефоны для связи со свободными наставниками на доске объявлений у главного входа. Недорого.

Ага. Подрабатывают преподаватели как могут. Ну-ну.

Жара сегодня навалилась похлеще летней, так что часть окон в аудитории стояла нараспашку. Кузьме — красота, через подоконник скакнул комариком — и вот он за деревьями уже музей. Так всю первую пару и челночил, как заведённый. А я снова заставил ручку записывать, а сам кораблики складывал. Сгибы получались куда как ровнее вчерашнего — вот, что значит: практика!

На второй паре вместо тётки явился надутый хлыщ. С точностью до единиц я потенциал, конечно, определить не могу, но очень было похоже, что этот преподаватель из «молодых и перспективных», и по уровню где-то почти подошёл к тому, чтобы получить степень магистра. Возможно, поэтому он смотрел на всех остальных со всей доступной ему силой презрительности.