Гребанный, с*ка, день сурка…

Я перепробовал все оружие, что было на стойке, но бестолку. Ни топор, ни кинжалы, ни цеп не помогали. Я даже попробовал драться странным копьем с крюком на конце, но результат все равно был один.

После сотни смертей руки дрожали, а тело пошатывалось. Иногда у меня получалось продержаться достаточно времени, чтобы войти в поток.

В такие моменты старик начинал говорить со мной и даже чему-то поучать, чем злил только сильнее.

Было ощущение, что я научился играть в шахматы и делал это довольно хорошо — но против меня был гроссмейстер. Я видел игру на три шага вперед, а он на пять или больше…

Я пробовал драться много раз одним и тем же оружием, запоминая его действия, но это не помогало. Я держался дольше, но итог был один. Слепок памяти имел свои недостатки, в отличие от меня он не запоминал происходящее и не учился, но этого не хватало.

Проведя дрожащей рукой по мечу, решил пойти снова безоружным, как в первый раз.

— Сколько лет прошло с нашей встречи? — вопрос, от которого меня уже тошнит.

— Вечность, — ответил я и просто стоял напротив.

Я стоял и пытался погрузиться в поток, пользуясь предоставленным временем.

Спустя десяток секунд молчаливого стояния, Айрхен хмыкнул:

— Даешь мне право сделать первый ход? — и вместе со словами он начал движение.

Сквозь боль я разгонял свое сознание, стараясь прочитать его.

Шаг с правой ноги, я в ответ перенес вес на левую ногу. Айрхен замер, внимательно глядя мне в глаза.

Мне всегда казалось глупостью, что в вестернах или в фильмах про самураев те могли долго стоять и смотреть друг на друга, чтобы затем одним ударом закончить бой.

Только сейчас я понял, что это на самом деле.

Каждый вдох, движение мускула на шее, шаг, перенос веса, взгляд могли многое сказать о намерении противника.

Внезапно в голове стрельнула мысль — очевидная, но только сейчас ставшая до конца понятная.

Бой — это не про стили, удары, техники, или что-то еще. Бой — это про противника. Если ты понимаешь своего противника, ты победил.

Он рванул ко мне, нанося резкий удар рукой. Блокирую, второй удар. Еще удар, контратакую…

После обмена ударами Айрхен поймал меня в захват, сломал руку и добил, сломав шею.

Так долго я еще не держался.

Злость ушла. На усталость и боль я больше не обращал внимания.

Спустя много боев я почти победил. Как?

Озарение или сумасшествие, не знаю. Боль была настолько невыносимой, что я начал творить дикие для меня вещи — плеваться ему в лицо, кидаться песком, и все это делать, не выходя из потока. Каждый раз, когда я хоть немного его удивлял, и он переставал меня понимать, я становился чуть ближе к победе.